Дело № 20 Вкусняшки для любимого дедушки

Дело № 20 Вкусняшки для любимого дедушки

24 ноября 2040 год.

Лондон.  Квартира Роберта Кларка и его супруги Марлен Ли.

 

       Роберт, взгляни какую книжку мне подарила моя знакомая, — Марлен протянула мужу прекрасно оформленную книгу в цветной, глянцевой суперобложке.

      — Какая высокая полиграфическая культура издания, — отметил Бобби Кларк, застегивая верхнюю пуговицу на рубашке. — А называется… Смерть вокруг нас. Наверное, детектив? Дашь почитать? 

      — Нет, это очень серьезная монография врача-диетолога из Бирмингема. Оказывается, то, что мы едим, это сплошные мины замедленного действия!

      — Да, Марлен. Я слышал, что соль и сахар белая смерть.

      — Так вот, оказывается не только соль и сахар. Оказывается молоко и сметана тоже белая смерть, масло это желтая смерть, мясо это красная смерть, кофе и шоколад — черная смерть…

      — Не продолжай, я понял. Яйца это бело-желтая смерть, а сыр это желтая смерть с дырками… И что советует нам автор? Не есть совсем или, может быть, есть с закрытыми глазами?

      — Ты напрасно иронизируешь, очень рекомендую прочитать, но сейчас не об этом, — Марлен положила книгу на стол. — Понимаешь, моя новая знакомая директор благотворительного фонда. Они помогают самым разным проектам. Вот помогли автору издать эту нужную и полезную людям книгу…

      — Вопрос спорный, но спорить не буду.

      — Так вот, она возглавляет благотворительный фонд «Пульс сердца», и у них случилась беда. Умер один из спонсоров. Вроде бы умер от болезни, но она почти уверена, что его убили…

      — Марлен, детка, ей надо пойти в ближайшее отделение полиции и изложить там свои подозрения, — Бобби Кларк посмотрел на часы и поправил кобуру подмышкой.

      — Роберт, она знает, что ты работаешь в Скотланд-Ярде и очень просит уделить ей несколько минут. Это можно сделать после работы, вы посидите в кафе за чашкой ароматного кофе, она обещает, что не задержит тебя надолго.

      — Но кофе это черная смерть, — лейтенант Кларк изобразил тревогу на лице.

      — Так ты уделишь хорошему человеку несколько минут? — Марлен нахмурила брови. 

      — Ладно, пусть позвонит мне после обеда… Извини, детка, но мне уже надо выходить… Сегодня ровно в десять утра мы должны обезвредить банду вьетнамских гангстеров в Хакни. Эти ребята вообще не боятся смерти. Наверняка будут отстреливаться до последнего патрона, поэтому мне нельзя опаздывать на задержание… Где мой любимый галстук палевого цвета?..

      — Роберт, зачем надевать галстук, если вы будете брать банду? Перестрелка, пыль, грязь… Мне не жалко галстук, но неужели нельзя одеться попроще? — Марлен пожала плечами и открыла дверцу шкафа-купе.

      — Чтобы отличить во время перестрелки своих от чужих, все сотрудники Скотланд-Ярда должны быть в галстуках… Что тут непонятного? — удивился Бобби Кларк.

      — А для отличия не достаточно того, что вьетнамские гангстеры будут с узкими глазами?.. — спросила Марлен, снимая с вешалки галстук палевого цвета.

      — Между прочим, в Скотланд-Ярде работает немало людей с узкими глазами. 

      — Убедил. Вот твой любимый галстук. Пожалуйста, поосторожней во время ликвидации банды. Береги себя… И не забудь вечером встретиться с миссис Майзенд.

 

 

 

      В семь часов вечера лейтенант Кларк и директор благотворительного фонда «Пульс сердца» Барбара Майзенд сидели в небольшом кафе «Элегант» на Бутчер-роу. Барбара заказала себе кофе по-баварски, Бобби Кларк ограничился бокалом воды. Миссис Майзенд была симпатичная женщина постбальзаковского возраста, с модельной стрижкой и легким макияжем.

      — Мистер Кларк, я благодарю вас, что вы нашли время…

      — Я вас внимательно слушаю, мэм, — лейтенант Кларк расстегнул верхнюю пуговицу на рубашке, ослабил и децентровал узел галстука. 

      — На прошлой неделе умер мистер Эдмунд Бернс. Он был спонсором нашего фонда, а в этом году вошел в состав учредительного совета фонда. Ему было 69 лет. Остановка сердца, а точная причина, почему остановилось сердце, не ясна.

      «Так, наверное, острая ишемия миокарда… Дифференциальный диагноз между инфарктом миокарда и тромбоэмболией левой легочной артерии…»- подумал лейтенант Кларк, но озвучивать свою версию не стал.

      — Его болезнь и смерть показались мне очень странными… Я провела свое небольшое расследование… Вот посмотрите, это распечатка из медицинской карты мистера Бернса, — женщина достала из сумочки и протянула лейтенанту Кларку несколько листов. — Видите, за всю жизнь у него не было хронических и серьезных заболеваний, у него не было никаких операций… Даже артериальное давление и уровень холестерина всегда были в пределах нормы…

      — Извините, мэм, но откуда у вас эти данные? Это же закрытая, частная  информация? — спросил Бобби Кларк, просматривая переданную ему распечатку.

      — У нашего фонда немало друзей, мистер Кларк, и они помогают нам не только в финансовом аспекте, — не без гордости в голосе ответила женщина. — Обратите внимание… Вот здесь… Чем болел мистер Бернс за последний год… Всего лишь, в феврале перенес на ногах легкое острое респираторное заболевание… В апреле прошел курс массажа шейно-воротниковой зоны по поводу остеохондроза, а в августе он вставил зубную пломбу… И всё! В 69 лет за весь год до ноября он не болел ничем серьезным…

      —  По-видимому, для своих 69 лет мистер Бернс был действительно здоровым человеком… — согласился лейтенант Кларк.

      — Он занимался спортом, ходил в бассейн и в сауну. По утрам бегал в ярко желтых спортивных трусах по городу, и у него не было ни одного килограмма лишнего веса… И вдруг, недели две назад, когда мы разговаривали по телефону, он пожаловался мне, что чувствует себя неважно: какая-то слабость, небольшой подъем температуры, метеоризм. Через пару дней эти жалобы усилились, он вызвал участкового врача на дом. Доктор поставил ему диагноз вегето-сосудистая дистония и дисбактериоз. Назначил биологически активные добавками и витамины группы «В» в ударных дозах.

      «Вегето-сосудистая дистония, дисбактериоз?.. Какие странные диагнозы… » подумал Бобби Кларк, но прерывать женщину не стал.

      — Несмотря на проводимое лечение биологически активными добавками и витаминами группы «В», мистеру Бернсу становилось всё хуже. Он вызвал скорую помощь, его увезли в клинику, где он скончался в тот же день.

      — И всё-таки, мэм, почему вы думаете, что это было убийство?

      — Я побеседовала с лечащим врачом. Он объяснил, что у мистера Бернса произошла остановка сердца. При этом доктор не исключил, что это могло быть следствием отравления: бытового или не бытового.

      — В таком случае, врачи должны были взять анализы на отравляющие вещества, — заметил Бобби Кларк.

      — Да, они проведут эти исследования, но доктор сказал, что некоторые яды и токсины очень быстро выводятся из организма или разрушаются. К тому же, анализы будут проводиться на известные яды, а это может быть новый, недавно синтезированный токсин или вещество, доставленное на Землю с другой планеты. 

      — К сожалению, действительно набирают обороты транспланетная контрабанда наркотиками и оружием, транспланетная работорговля и даже сексуальные услуги с других планет, — рассказал лейтенант Кларк.

      — Сексуальные услуги с других планет?.. То есть женщин легкого поведения с других планет привозят на Землю на космических кораблях для разврата?

      — Увы, мадам, привозят, и не только женщин легкого поведения, но и девиц легкого поведения… Но я пока не слышал, чтоб была зафиксирована нелегальная поставка на Землю отравляющих веществ… 

      — Мне кажется, нам нельзя терять время, мистер Кларк.

      — Вы кого-то подозреваете, мадам?

      — Мне не удобно об этом говорить, мистер Кларк… — женщина внезапно умолкла.

      — Хорошо, давайте рассуждать классически. Кому могла быть выгодна смерть мистера Бернса. В первую очередь его наследникам. Вы их знаете?

      — Мистер Бернс был вдовец. Его единственная дочь и её муж погибли под снежной лавиной в Кордильерах. Претендовать на наследство может только его 23-х летняя внучка Анжела.

      — И вы подозреваете именно её, мэм? — спросил Бобби Кларк.

      — Да, мистер Кларк, я подозреваю именно её, — довольно решительно ответила миссис Майзенд, глядя лейтенанту в глаза. — Но в этом нет ничего личного…

      «Ничего личного?.. Кто знает, мэм… Кто знает… Слишком уж хорошо вы осведомлены о семейных делах… Знаете, в чем бегал по утрам мистер Бернс, и что у него не было даже одного килограмма лишнего веса…» — подумал Бобби Кларк, но озвучивать свои мысли не стал:

      — А почему, мэм, вы подозреваете внучку мистера Бернса?

      — Мистер Бернс начал сотрудничать с нашим фондом с осени прошлого года… 

      — Сотрудничать, то есть, оказывать финансовую поддержку?

      — Да, а через какое-то время об этом узнала Анжела и, как позже рассказал нам сам мистер Бернс, она устроила настоящий скандал из-за того, что дедушка, не будучи слишком обеспеченным человеком, стал регулярно отправлять в какой-то фонд деньги. Мистеру Бернсу пришлось напомнить внучке, что это его личные деньги. Скандал был закончен, но внучка обиделась и в течение трех месяцев вообще не общалась с мистером Бернсом, хотя она и её муж живут здесь же в Лондоне.

      — Внучка побоялась, что дедушка своей филантропией оставит её без наследства, и проявила характер, — резюмировал лейтенант Кларк.

      — А в начале этого года она приехала с извинениями. Очень просила дедушку простить её бестолковую и бессовестную. Долго извинялась, раскаивалась и обещала никогда не вмешиваться в дела мистера Бернса. Он, конечно же, простил её, а она пообещала, что в качестве компенсации за три месяца своего плохого поведения будет в течение трех месяцев еженедельно привозить дедушке разные вкусняшки.

      — Вкусняшки? — Бобби Кларк удивленно вскинул брови.

      — Да, в течение трех месяцев каждую пятницу вечером Анжела привозила мистеру Брауну очень дорогие шоколадные конфеты, шоколад, бисквиты, пирожное и торты. Привозила щедро, так что этих вкусняшек ему хватало на всю неделю. Мы это знаем, потому что в этом году мистер Бернс вошел в попечительский совет фонда и, навещая нас, рассказывал нам об этом, — миссис Майзенд умолкла и сделала пару глотков уже остывшего кофе.

      — Дорогие вкусняшки для дорогого дедушки… Три месяца еженедельно раскаявшаяся внучка привозит ему на уикенд… Привозит обязательно, в любую погоду: в дождь и в снег, в холод и в зной… Трогательно, очень трогательно и патриархально… Живи я в начале ХIХ века, и будь я девицей из благородного семейства, услышав эту историю, я бы, возможно, даже прослезился… 

      — Когда мистер Бернс умер, я вот и подумала, не подсыпала ли внучка в эти вкусняшки чего-нибудь эдакого позабористее… Крысиный яд, например, который в итоге привел к летальному исходу, обеспечив ей, как единственной наследнице, сохранность финансовых накоплений дедушки от дальнейших пожертвований нашему фонду, — миссис Майзенд вопросительно посмотрела на лейтенанта из Скотланд-Ярда.

      — Маловероятно, — ответил Бобби Кларк. — Во-первых, она же вкусняшки не сама делала, а значит, они были в фирменной закрытой упаковке. Во-вторых, вы сказали, что помирились они в начале года, значит, три месяца доставки вкусняшек закончились самое позднее летом, а стало плохо мистеру Бернсу только в ноябре, — Бобби Кларк отрицательно покачал головой и после короткой паузы спросил: — Мистер Бернс был пенсионер?

      — Да.

      — А кем он работал раньше? 

      — Сталеваром в горячем цехе холодной прокатки на Ливерпульском сталеплавильном заводе.

      — Нельзя сказать, что очень хорошо оплачиваемая профессия, но если он не злоупотреблял алкоголем, вполне мог скопить приличную сумму денег… Кем работает его внучка?

      — Она стоматолог.

      — А её муж?

      — Мистер Бернс говорил, что муж у Анжелы школьный учитель.

      — И какой  предмет он преподает?

      — Химию, если мне не изменяет память, мистер Кларк.

      Минут пять суперагент из Скотланд-Ярда и женщина директор благотворительного фонда сидели молча. Миссис Майзенд боялась даже пошелохнуться, она понимала, сейчас лейтенант Кларк очень интенсивно думает. Наконец Бобби Кларк прервал напряженную паузу:

      — Возможно, мы сейчас поймем, какую сложную, многоходовую и многослойную комбинацию провели внучка мистера Бернса и её муж, чтобы заполучить наследство… Все будет зависеть от ответа на вопрос, кто лечил мистера Бернса, когда…

 

Вопрос:     Какой вопрос задал лейтенант Кларк по лечению мистера Бернса?

…. кто лечил мистера Бернса, когда ему понадобилось вставить зубную пломбу в августе месяце?

      — Мистер Бернс говорил, что его лечила внучка. Она же стоматолог…

        — Так я и думал. Всё ясно, — устало произнес лейтенант Кларк. — Интеллект стоматолога и интеллект школьного учителя-химика работали в жесткой сцепке для получения вожделенного наследства. Внучка Анжела методично и постепенно в течение трех месяцев доводила своего дедушку до кариеса, постоянно пичкая его очень дорогими сладостями: шоколадными конфетами, шоколадом, бисквитами, пирожным и тортами. Привозила щедро, с размахом, так что этих вкусняшек ему хватало на всю неделю. И наивный дедушка кушал их, разрушая эмаль своих и так уже далеко немолодых зубов. Кариес подбирался исподволь, незаметно, но неотвратимо. А муж внучки — учитель-химик в это время усердно синтезировал в школьной химической лаборатории какой-то яд, который Анжела потом засыпала в дупло рассверленного кариозного зуба мистера Бернса и закрыла его сверху обычной пломбой. 

        — И этот яд начал потихоньку подтачивать здоровье мистера Бернса! — директор благотворительного фонда всплеснула руками. — Какой ужас…

        — Да, вот такой цинизм и вероломство, мадам. Кто-то доводит своих родственников до инфаркта, до инсульта, до гипертонического криза, а эти двое довели пожилого человека до кариеса, а потом подло отравили, — ответил лейтенант Кларк, и посмотрел на наручные часы: «Семь часов двадцать две минуты… В восемь тридцать на телеканале «Культура» встреча с дирижером Венского филармонического Штраус-оркестра Андрашем Монти… Шеф очень рекомендовал посмотреть… Ещё успеваю…»