Дело №24 Без вариантов

Дело №24 Без вариантов

16 июля. 2041 год. 

Лондон. Нью Скотланд-Ярд.

        Едва лейтенант Кларк переступил порог кабинета, как дивизионный комиссар Джеймс Хью поспешил сообщить ему срочную новость.

        — Экстренная информация из Интерпола. В ближайшее время планируется встреча представителя преступной группировки «Южный Крест» с самим… — Джеймс Хью отложил в сторону любимую трубку. — С самим Кривым Майклом.

       Лейтенант Кларк расстегнул верхнюю пуговицу на рубашке, ослабил и децентровал узел галстука. Он знал, что уже более двадщати лет все полиции мира и Интерпол пытались напасть на след этого неуловимого террориста и серийного убийцы.

        — Встреча запланирована в Шанхае, через… — шеф посмотрел на свои часы с трещиной на пуленепробиваемом стекле. — Через пять часов по местному времени. Уже известно точное место, время, пароль. Мы не знаем, зачем Кривому понадобилось встречаться с представителем группировки «Южный Крест». Возможно, они задумали провести совместный террористический акт, возможно, совместный большой налет-ограбление. У ребят из Интерпола есть внедренный в банде «Южный Крест» агент, и он уже нейтрализовал связного из банды, которого направили на встречу с Кривым Майклом, но пока об этом никто не знает.

        — Это же выяснится рано или поздно… Узнают и в банде, узнает и Кривой…

        — Вот ребята из Интерпола и просят срочно направить на встречу с Кривым Майклом кого-нибудь посообразительнее из Скотланд-Ярда под видом нейтрализованного ими связного…  Кого направить? — дивизионный комиссар развел руками. — Здание у нас огромное, народу в Скотланд-Ярде работает много, а  сообразительных: ты, да я…  Я поехать не могу, меня в преступном мире каждая собака знает, остаешься только ты…

       — То есть мне надо срочно лететь в Шанхай на встречу с Кривым под видом члена банды «Южный Крест»?

       — В данном случае приказывать не могу, а в просьбе прошу не отказать.

       — Но если известно место и время встречи, почему там сразу и не арестовать Кривого? — спросил Бобби Кларк.

       — Мы не знаем, как выглядит Кривой Майкл, и на эту встречу, он может послать под видом себя своего сообщника, и только убедившись, что полиция о встрече ничего не знает, позже появится сам. Тебе предстоит выступить в роли подсадной утки и быстро определить: на встречу пришел сам Кривой Майкл или для проверки он подослал кого-то.

       — Но, шеф, как мне это определить? О чем говорить? Если разговор зайдет о теракте или налете?

       — Будешь действовать по обстоятельствам, — дивизионный комиссар взял со стола и протянул лейтенанту Кларку изрядно потрепанную черно-белую фотографию, на которой задумчивый мальчик лет девяти-десяти играл на виолончели:

       — Единственная фотография Кривого Майкла, которой мы располагаем. В детстве он хорошо играл на виолончели и подавал большие надежды. Родители погибли в автомобильной катастрофе, когда ему было четырнадцать лет. Сейчас ему сорок три года, периодически он делает пластические операции. Его настоящее имя Майкл Вуд. Умен, смел, дерзок, импульсивен, амбициозен, эгоцентричен. Любит риск, не боится смерти. Действует нагло, с особым цинизмом и размахом. На месте преступления следов и свидетелей не оставляет, не щадит даже домашних животных.

       — Понятно, полностью игнорирует нормы человеческого общежития.

       — Ещё известно, что у него слева на груди татуировка: девушка с длинными волосами обнаженная по пояс и надпись на французском языке «Им веры нет».

       — Придется мне прихватить на встречу англо-французский словарь, — попытался сострить лейтенант Кларк.

       — Брать человека, который придет на встречу в Шанхае, будут по твоему сигналу. Сигнал сможешь дать только убедившись, что пришел сам Кривой Майкл. Любая ошибка оборвет операцию по его захвату и, вполне возможно, твою собственную жизнь.

       — Если меня раскроют, получу кусок свинца в лоб или перо в бок…

       — Такие дела… Группу захвата, группу оцепления и фильтр-группу в Шанхае обеспечат Интерпол и местная полиция.

       Дивизионный комиссар тяжело встал, подошел к Бобби Кларку и по-отечески похлопал его по плечу:

       — Не паникуй, и жизнь сама подскажет тебе правильное решение.

       Лейтенант Кларк молчал. Он понимал все. О жестокости и коварстве Кривого Майкла ходили легенды.

       — Ну, в путь… Время жмет… Уверен, что ты справишься. Это без вариантов, — дивизионный комиссар ещё пару раз по-отечески похлопал лейтенанта по плечу. — Если что, патроны не жалей.

       — Хорошо, шеф. Если что, патроны жалеть не буду, — пообещал лейтенант Кларк.

Через четыре часа. Шанхай.

       Из военного аэропорта в Шанхае, куда спецрейсом из Лондона лейтенант Кларк был доставлен на военном сверхзвуковом реактивном самолете, он сразу же поехал на встречу с Кривым Майклом. До встречи оставалось сорок минут, когда Бобби Кларк вошел в ресторан «Обитель Дракона». Он знал, что снаружи и внутри заведения расположились коллеги из Интерпола и местной полиции. Если ему удастся установить, что на встречу пришел Кривой Майкл, он подаст условный сигнал — правой рукой возьмется за мочку уха, а потом почешет нос, и ребята начнут операцию по захвату Кривого. Но все это произойдет только тогда, когда лейтенант Кларк будет абсолютно уверен, что пришел сам Кривой Майкл.

       Огромный зал ресторана оказался наполовину пуст. Бобби Кларк сел за ближайший столик, сразу положил слева от себя наручные часы и зажигалку — условный знак для Кривого Майкла. Где-то здесь сидели ребята из Интерпола. Возможно, здесь же находились люди Кривого Майкла.

       В целом обстановка была довольно уютной. Откуда-то из глубины зала доносилась песня  «Зачем?» — шлягер этого года. «Зачем?» — пела певица из Танзании. — «Зачем была наша встреча? Зачем я, такая скромная и несмышленая, полюбила тебя, такого искушенного и хитрого?..»

       За столиком напротив Бобби Кларка сидела очень своеобразная пара, по-видимому, муж и жена. Он худой, как вязальная спица, однако, не отставал от своей упитанной спутницы. Они, словно наперегонки, пожирали спагетти, чавкали, сопели, и Бобби даже показалось, что иногда и мужчина, и женщина тихонько похрюкивают. За другим столиком расположился одинокий мужчина, лицо которого, несмотря на белый смокинг и галстук-бабочку, выдавало в нем человека, не долечившегося у нарколога. Чуть дальше сидела красивая молодая брюнетка со слегка раскосыми глазами и черным платком на шее, какие носят жители Тибета.

       — Простите… — услышал Бобби Кларк и увидел справа высокого элегантно одетого мужчину лет сорока. Шатен светлый. Нос с маленькой горбинкой придавал ему сходство с кардиналом Ришелье. Что-то неуловимое было в нем от английского сквайра и от немецкого бюргера одновременно. 

       — Вы случайно не знаете, какая погода в Сингапуре? — мужчина произнес условную фразу-пароль.

       — Такая же, как и прошлым летом, — условной фразой ответил лейтенант Кларк, сразу же ощутив, как в животе запорхали бабочки.

       Незнакомец  опустился в кресло напротив Бобби Кларка и довольно беззастенчиво начал его разглядывать.

       «Кто это?.. Кривой Майкл или утка, подосланная им?» думал лейтенант из Скотланд-Ярда, вспоминая слова шефа о Кривом: «Умен, смел, дерзок, импульсивен, амбициозен, эгоцентричен. Любит риск. Не боится смерти. Свидетелей не оставляет, не щадит даже домашних животных.»

       — Называйте меня просто Майкл.

       — Роберт, — представился Бобби Кларк.

       — Где остановились, Роберт?

       — Отель «Президент». Номер 335, — лейтенант Кларк назвал отель и номер, специально забронированный для него Интерполом.

       Рядом со столиком возник официант. Майкл и Бобби почти одновременно раскрыли меню.

       — Ого! А цены здесь кусаются. Салат из свеклы с майонезом сорок пять юаней, — отметил Майкл.

       — Растет благосостояние народа, — попытался пошутить Бобби Кларк.

       — Что закажем? — спросил Майкл.

       —  Я возьму что-нибудь из европейской кухни… Тушеную кольраби, вальдшнеп в ореховом соусе и два апельсиновых сока.

       — Отличный выбор, Роберт. А спиртное?

       — Нет, спасибо. Предпочитаю контролировать свои действия. 

       — О кей. И я не любитель. Пью пиво, иногда водку, — сказал Майкл и сделал заказ официанту:

       — А мне курицу Гунбао, Тофу Ма По, жареную лапшу и два пива.

       «Кто он? — думал Бобби Кларк. — Возраст… примерно лет сорок… По возрасту подходит… Столько же должно быть и Кривому Майклу… Правша… Рост… чуть выше среднего… Телосложение… среднее… Лицо… овальное… Лоб… средний… Все среднее… Не факт, что Кривой… Брови дугообразные с изломом внутрь… Глаза зеленые… прищуривает… Нос с горбинкой… С очень маленькой горбинкой… Подносовая ямка трапециевидная… Углы рта горизонтальные… Стоп… Кривой Майкл периодически делает себе пластические операции… Невесело… Особенности… Что это?.. Вроде, не слишком сильно делит гласные звуки на длинные и короткие?.. Из Шотландии?.. Нет, показалось… Что ещё?.. Явно разбирается в восточной кухне… Точнее в китайской кухне… Спокойнее… Думай… Думай… Думай быстрее и не молчи…»   

       Майкл не спеша рассматривал публику, сидевшую в зале. Взгляд его задержался на одном из столиков, и легкая улыбка скользнула по лицу.

       — Посмотрите, Роберт, на джентльмена в белом смокинге. Насколько типичная картина. Пришел в кабак один, напился и сразу же потянуло на общение. Захотелось тепла и ласки.

       — Да, все-таки общественное животное человек, — задумчиво ответил Бобби Кларк, глядя как мужчина в белом смокинге, с трудом сохраняя равновесие, пытается подружиться с дамой за соседним столиком.

      — Именно, именно животное, — с энтузиазмом подхватил Майкл. — А человеческая природа такова, что если человеку захочется чего-то, он это возьмет. И чем больше будет стоять запретов и препятствий, тем больше будет изворачиваться и ловчить. А если и не возьмет свое, то уж тянуть его на это будет со страшной силой.

       Мысли в голове лейтенанта Кларка неслись вихрем одна за другой — «Кто это?.. Кривой?.. » Возраст, рост, вес, сложение, экипировка, разговор, акцент, мимика, жестикуляция, манеры — никакой существенной информации не дали. И все-таки, что-то в человеке, назвавшемся Майклом, насторожило Бобби Кларка. Какая-то деталь, которую сознанием лейтенант Кларк еще не уловил. Вспомнилось: «У Кривого справа на груди татуировка: обнаженная до пояса девушка с длинными волосами и надпись на французском «Им веры нет»… Эх, в баньку бы сейчас с ним… В сауну… Попариться, заодно и грудь посмотреть… Баньки нет и не предвидится… Ничего… Не паникуй… Думай… Говори с ним… Поддержи этот неделовой разговор… Выиграй время… Надо качнуть его… Надо на чем-то его качнуть… На чем?.. Думай…»

       Официант принес заказ. Мужчины степенно приступили к трапезе.

       — Счастлив тот, кто рано осознал, что все в этом мире туфта, и по дороге жизни не растерял самого себя, — изрядно отхлебнув пиво из бокала, глубокомысленно произнес Майкл.

       «Стоп… Туфта… — подумал Бобби Кларк. — Туфта — первое слово на жаргоне… Жаргон… Ну и что?.. Жаргон то детский… Не факт, что Кривой… Думай… Надо его проверить… Как?… Охотно говорит… И смотрит с интересом… Спокойно… Думай… Что здесь не так?.. Дай улыбку… Доверительней… Не забывай, вилка в левой руке, нож в правой… Я из серьезной банды, а не плохо воспитанный гопник… Не спеши… Проверь его на косвенном… На косвенном надо его проверить… Вспомни что-нибудь: цитату, случай из жизни…»

       Бобби Кларк взял бокал с соком:

       — В детстве меня ругали за то, что я не пью апельсиновый сок. Не любил. А вот стал взрослым и выпиваю по три-четыре бокала ежедневно.

      — Меня в детстве ругали за длинный ноготь. Знаете, удобно было открывать перочинный ножик, — Майкл поднял левую руку и показал длинный ноготь на мизинце. — Вырос, а эта детская привычка так и осталась.

       — А когда я был совсем маленьким и начинал плакать в кроватке, меня брали на руки и подбрасывали вверх. И я быстро успокаивался, потому что у нас были очень низкие потолки, — вспомнил Бобби Кларк.

       — Детство, детство. Оно как кожа, с нами всю жизнь.

       — Как кожа, — задумчиво повторил лейтенант Кларк. Вплотную подступило отчаяние. «Кто сидит напротив?.. Не паникуй… Снова быстро восстанови все, что известно о Кривом… Снова сопоставь… Всё… Речь… Внешность… Манеры… Думай… Думай быстрее…»

       Незаметно Бобби Кларк опустил руку в боковой карман и ощутил товарищескую прохладу пистолета системы Беретта. Он знал, что патрон в стволе, а предохранитель на боевом взводе, и ещё лейтенант Кларк точно знал, если что, патроны можно не жалеть… 

       Вдруг взгляд Майкла стал более напряженным, недобрая ухмылка появилась на его лице:

      — Ну что, легавый, закончишь ломать комедию?

       — Не понял? — Бобби Кларк удивленно вскинул брови.

       — Откуда ты? Из Интерпола? Из ФБР? Из ФСБ? Из Моссада?

       — Не понял? — повторил свой вопрос лейтенант из Скотланд-Ярда.

       — Ты, легавый, и притащил сюда много народу, но только это я, Кривой Майкл, устроил вам всем ловушку. Сегодня мне придется сильно напачкать в ресторане.

       Последнюю фразу Бобби Кларк услышал как будто откуда-то издалека. Цепь замкнулась. Теперь он знал, что напротив него сидит не Кривой Майкл.

       — Завтра, я расскажу членам нашей банды, чтобы в следующий раз на такую встречу посылали психиатра, — совершенно спокойно произнес Бобби Кларк.

       — Завтрашний день, легавый, ты будешь встречать в анатомическом театре, то бишь в морге, на мраморном столе, — глаза мужчины горели злым огнем.

       Бобби Кларк был спокоен. Он не спеша доел вальдшнепа, допил сок, встал и, не расплачиваясь, медленно направился к выходу. Лейтенант Кларк знал, что уходить, не заплатив за обед, нехорошо, но просто в этот момент ему уже можно было расслабиться и, хотя бы немножечко побыть самим собой.

       Человек, назвавшийся Кривым Майклом, продолжал сидеть. Певичка из Танзании затянула новую песню, конечно же, про любовь и обман.

*    *    *

       Через сорок минут после приезда Бобби Кларка в отель «Президент» в забронированном для него номере раздался телефонный звонок. Лейтенант Кларк снял трубку и услышал незнакомый приятный баритон:

       — Простите меня и моего человека за вынужденную проверку в ресторане, но мне нужно было убедиться, что вы не из полиции. Встретимся через полчаса у стриптиз-клуба «Замочная скважина», клуб расположен рядом с вашим отелем. Я буду с желтым кейсом в левой руке, пароль тот же. До встречи.

 

     Сообщение в газете «Вечерний Шанхай» за 17 июля 2041 года

       Вчера, 16 июля, в шесть двадцать вечера у стриптиз-клуба «Замочная скважина» был обезврежен особо опасный преступник-террорист Майкл Вуд, известный под кличкой Кривой Майкл. Там же были ликвидированы все 12 сообщников Майкла Вуда. В операции по его захвату участвовали 32 полицейских, 8 служебных собак, 2 вертолета, один бронетранспортер. В ходе завязавшейся перестрелки 16 полицейских убито, 14 получили ранения. Когда преступник понял, что уйти от преследователей ему не удастся, он покончил жизнь, подорвав себя противотанковой гранатой.

 

  17 июля. 2041 год.

Лондон. Нью Скотланд-Ярд

       Бобби Кларк вошел в кабинет шефа.

       — Рад видеть тебя целым и невредимым, — дивизионный комиссар Джеймс Хью просто сиял от радости. — Я уже в курсе основных событий, и меня интересует, только, как ты понял, что на назначенную встречу в ресторане пришел не Кривой Майкл?

 Вопрос:        Что ответил дивизионному комиссару Бобби Кларк?

  — Человек, назвавшийся Майклом, с детства носит длинный ноготь на мизинце левой руки, — ответил Бобби и тактично умолк.

      Легкая улыбка скользнула по лицу шефа:

       — И ты сразу сделал вывод, что с длинным ногтем играть на виолончели не слишком удобно, а значит, это не Кривой.

       — Да, только я это вычислил не так быстро, как вы, шеф. 

       — Все равно молодец. Теперь отдыхай. Погода стоит отличная. В лесу сейчас здорово хорошо: побродить с фоторужьишком, заснять кроншнепа, фазана. Послушать трели дрозда отшельника, соловья, полевого жаворонка. Можешь взять недельку без содержания.  

       — Кстати, шеф, а вы знаете, чем отличается виолончель от скрипки?

       — Если мне не изменяет память, скрипка — инструмент высокого регистра, а виолончель — басового и тенорового регистра, — ответил дивизионный комиссар.

       — И ещё виолончель дольше горит, — широко улыбаясь, сказал Бобби Кларк.

       Шеф неодобрительно посмотрел на лейтенанта, грустно покачал головой и произнес:

       — Роберт, тебе определенно нужно в отпуск.