Дело №40 Роковая ошибка алхимика

Дело №40 Роковая ошибка алхимика

23 августа. 2023 год.

Южная Корея.

Военные учения Объединенных сил Европы и Азии под кодовым названием «Тайфун».

Спецподразделение воздушно-десантных войск успешно выполнило учебную задачу в пригороде Сеула и отправилось в город отдохнуть. Майор Клайд Мюллер лихо остановил джип на небольшой улочке у ювелирного магазина и, пнув дверь ногой, зашел внутрь. Посетителей не было. За столом сидел толстенький, пожилой старичок, одетый в серый костюм-тройку. Дедушка разгадывал кроссворд.

— Ты хозяин магазина? — спросил майор.

— Да… — на хорошем английском ответил старик и настороженно посмотрел на военного.

— Я хочу купить своей жене что-нибудь чертовски оригинальное и очень дорогое. Лучше из бриллиантов или изумрудов.

— К сожалению, остались только изделия из полудрагоценных и искусственных камней, — дедушка сочувственно улыбнулся. — Со дня на день ожидаю поступления серьезного товара из Голландии.

— Хочешь сказать, старая обезьяна, что у тебя ничего нет? — майор выпрямился и демонстративно достал пистолет из кобуры.

— Я… но… у меня сейчас действительно ничего дорогого нет…

Если можно уберите пистолет, я старый человек… У меня больная печень…

— Больная печень и все?

— Еще у меня остеохондроз позвоночника… и гипертоническая болезнь… — дедуля натянуто улыбнулся, пытаясь перевести разговор в шутку.

— Ты старый, у тебя все болит и ничего не работает? — майор понимающе покачал головой.

— Давно уже ничего не работает, — подтвердил старик. — Не жизнь, а сплошные мучения…

— Хорошо, сейчас я оборву твои страдания, — майор Мюллер приставил пистолет ко лбу хозяина ювелирного магазина и взвел курок.

— Спасибо, но я готов помучиться еще, — сразу же возразил дедуля, скося глаза на оружие.

— Ты что, плесень?! — взвыл Клайд Мюллер. — Ты думаешь, я шучу?! Доставай товар!..

— Хорошо, хорошо… У меня действительно есть один бриллиант… Я его хранил для себя, так сказать, на черный день…

Старик потянулся в сторону и достал из стола книгу под названием «Ювелирные аукционы стран Азии», раскрыл её. В середине книги несколько листов были вырезаны, образуя маленький тайник, из которого дедуля ловко извлек голубой камень, размером с небольшой грецкий орех.

— Это очень дорогой, редкий, большой бриллиант… Темно-голубого цвета… Это работа старых португальских мастеров… Ему не меньше трехсот лет…

— Триста лет и работа старых португальских мастеров, говоришь?

— Да, такая техника огранки была в средние века в Испании и в Португалии… — начал старик.

Майор Мюллер выхватил камень из рук дедушки и дважды нажал на курок пистолета. Хозяин ювелирного магазина рухнул на пол. Через минуту, когда майор Мюллер уже садился в джип, он увидел на противоположной стороне улицы сержанта Фрэнка Форда.

«Этот дурак мог услышать выстрелы… А если он заглянет в магазин?.. Ерунда, гильзы я забрал, руками ничего не трогал, свидетелей не было…» — подумал Клайд Мюллер и рванул джип с места.

 

 

Восемнадцать лет спустя.

18 сентября. 2041 год.

Лондон. Нью Скотланд-Ярд.

 

— Добрый день, шеф, — поздоровался лейтенант Кларк, входя в кабинет.

— Привет. Проходи, садись, — дивизионный комиссар достал свою любимую трубку. — Сразу к делу. Два дня назад в коттедже на Браун-Стрит были обнаружены четыре трупа: хозяина дома — полковника в отставке Клайда Мюллера, и еще троих неизвестных мужчин. Дело вел сержант-детектив Джон Стоун. Вот его отчет.

Дивизионный комиссар протянул лейтенанту папку с отчетом и фотографиями места преступления.

— Клайд Мюллер — бывший полковник воздушно-десантных войск на пенсии, жил один. Шестнадцатого сентября в 9.00 к нему пришла прислуга — мисс Джулия Холиган. Она сделала уборку и в 11.00 ушла, но рядом с домом встретила свою подругу, и они минут двадцать беседовали там же. За это время к Клайду Мюллеру прошли трое неизвестных мужчин. В конце разговора с подругой мисс Холиган вспомнила, что забыла сумочку. Она вернулась, входная дверь оказалась не заперта, а когда женщина поднялась на второй этаж коттеджа, обнаружила в кабинете четыре трупа: полковника Клайда Мюллера и тех самых троих неизвестных. Мисс Холиган сразу же вызвала полицию.

— Прямо бойня средь бела дня, — заметил лейтенант Кларк.

— Теперь по заключению экспертизы. Полковник Клайд Мюллер убит из Магнума, который остался в руке неизвестного под номером 1. Оба неизвестных под номером 2 и под номером 3 тоже убиты из того же Магнума.

— Получается, что неизвестный под номером 1 убил и полковника, и своих друзей? — спросил Бобби Кларк.

— Да, а вот сам неизвестный под номером 1, был убит из Кольта «Кобра», который остался зажат в руке полковника Клайда Мюллера… И ещё, труп неизвестного под номером 1 кто-то перевернул с живота на спину уже после убийства.

— Странно… — лейтенант Кларк расстегнул верхнюю пуговицу на рубашке, ослабил и децентровал узел галстука.

— Если учесть, что, по заключению экспертизы, оба неизвестных под номерами 2 и З были убиты в головы — наповал, а полковник был тяжело ранен в грудь, возможно, еще живой он мог успеть произвести ответный выстрел в неизвестного под номером 1.

— Взаимная перестрелка, и в этой разборке победителей не оказалось.

— Есть кое-что еще… — дивизионный комиссар поправил кобуру подмышкой. — Мисс Холиган перед уходом вымыла пол во всем доме, а когда вернулась и вызвала полицию, в соседней с кабинетом комнате на полу она обнаружила рисунок мелом… Рисунок есть среди фотографий места преступления.

— Да, я вижу… Что это? — спросил Бобби Кларк, рассматривая фото, на котором был заснят белый круг на полу. — Явно чертили от руки.

— Диаметр примерно три фута… Но и это еще не все, — шеф раскурил свою любимую трубку и продолжил: — На втором этаже в комнате и в кабинете на полу обнаружили кусочки грязи. Эксперты дали заключение: исследуемый материал является пометом парнокопытного животного, предположительно яка или козла. Более вероятно — козла.

— Помет яка или козла? — Бобби Кларк удивленно вскинул брови.

— Да… Сам видишь, с этим делом нужно разобраться. Вникай, действуй и держи меня в курсе, — дивизионный комиссар Джеймс Хью тяжело вздохнул. — Работа наша такая, приходится и навозом заниматься.

— Да, такая у нас работа, — сразу согласился лейтенант Кларк.

*   *   *

В течение получаса у себя в кабинете Бобби Кларк, не отрываясь, изучал материалы дела, после чего позвонил мисс Холиган.

Детектив и домработница встретились в офисе клининговой компании, где работала женщина. Мисс Джулия Холиган оказалась рыжей дамой постбальзаковского возраста с узкими бледными губами, косым шрамом на лбу, синюшным носом и хитроватым взглядом зеленых глаз.

— Мисс Холиган, 16 сентября вы делали уборку в коттедже полковника Клайда Мюллера? — спросил Бобби Кларк.

— Да, как обычно по четвергам с 9 часов до 11

— Полковник был один?

— Один. Он и жил один. Его жена умерла.

— Итак, вы сделали уборку, что было после этого?

— Попрощалась с мистером Клайдом, вышла из дому и рядом с домом встретила свою подругу мисс Трумэн.

— Встретились, и что было дальше?

— Разговорились. Вскоре мимо нас прошло трое мужчин и прямым ходом в дом. Позвонили, полковник им открыл. А потом, минут через пятнадцать хлопки какие-то мы услышали, но значения не придали. Поболтали еще минут пять, и я вспомнила, что забыла сумочку. Вернулась и увидела, что входная дверь не заперта. Когда вошла, меня насторожила тишина. Поднялась на цыпочках на второй этаж, где кабинет, а там все уже убитые. Я полицию вызвала.

— Вы чистили пол во всем коттедже?

— Да, мне за это жалование платят.

— А когда вернулись и поднялись наверх, вы увидели рисунок мелом на полу в комнате соседней с кабинетом?

— Конечно, и перед моим уходом рисунка не было.

— При осмотре в кабинете полковника и в соседней комнате, на полу еще были обнаружены частицы помета козла.

— Помет козла? — женщина пожала плечами. — Наверное, кто-то из мужчин на своей обуви принес… Я забыла сказать вашему коллеге, что когда вернулась, сразу заметила пустое место между книгами на полке в кабинете. Пропала одна из книг.

— Вы, случайно, не знаете, что это была за книга?

— Знаю точно, это роман Брэма Стокера «Дракула».

— Вы книголюб?

— Обожаю готические романы… Вампиры, монстры, маньяки, оборотни, садисты… С детства мечтала работать в морге… — глаза женщины слегка заблестели. — Мистер Клайд знал, что я люблю такие книги, и любезно разрешал мне пользоваться его библиотекой, которая досталась ему от деда.

— Спасибо, мисс Холиган. Вы оказали нам большую помощь.

— Да, не за что… Если нужно будет кого-нибудь опознать… Особенно в морге… Так, я в любое время с удовольствием… В любое время… — в глазах женщины появился огонек надежды.

— Пренепременно обратимся к вам, мадам, — тактично пообещал Бобби Кларк.

*   *   *

Часом позже лейтенант Кларк снова сидел в кабинете дивизионного комиссара Джеймса Хью.

— Выкладывай, что удалось узнать, какие появились версии, — дивизионный комиссар Джеймс Хью раскурил любимую трубку.

— Итак, трое неизвестных приходят к полковнику. В кабинете полковника, по-видимому, неизвестный под номером 1 убивает двоих, сопровождавших его, потом у него возникает взаимная перестрелка с полковником и, как итог, четыре трупа. Позже один из трупов кто-то перевернул с живота на спину.

— Мотив? — Джеймс Хью пустил клубы табачного дыма и откинулся на спинку кресла.

— Мотив не ясен. Пока не удалось опознать никого из троих гостей, но у всех есть татуировки, как у десантников: раскрытые парашюты. По возрасту они значительно моложе полковника. Может это старая армейская обида? В армии старшие по званию часто издеваются над младшими: обижают их, насмехаются…

— Так это не только в армии. Это везде. На заводах, на фабриках, в спорте, в университетах среди профессорско-преподавательского состава, в отряде космонавтов. Увы, но это так, — дивизионный комиссар тяжело вздохнул. — И, тем не менее, версию дедовщины временно отложим.

— Пока мисс Холиган и её подруга беседовали у калитки, в дом прошли только трое неизвестных мужчин. Все окна в доме были закрыты изнутри, единственная небольшая форточка была открыта на втором этаже в комнате рядом с кабинетом полковника. Форточка совсем небольшая.

— Хорошо, что дальше? — дивизионный комиссар поправил кобуру подмышкой.

— Рисунок мелом на полу. Кто нарисовал этот круг и зачем, не ясно. Далее, помет козла, причем обнаруженный только на втором этаже дома и только в двух комнатах. На подошвах убитых следов помета нет. Ещё из кабинета полковника исчезла книга — роман Брэма Стокера «Дракула».

— Исчезла книга? Роман «Дракула?

— Да. Очень старое бумажное издание.

— Все указывает на то, что был пятый… Он зачем то нарисовал мелом круг, перевернул труп, прихватил книгу и наследил навозом, — дивизионный комиссар нахмурил брови. — Как пятый мог незаметно оказаться на месте преступления и так же незаметно исчезнуть?

— Шеф, если предположить, что был пятый, то он мог быть только карлик… Только карлик мог незаметно пробраться в дом, влезть на второй этаж, проникнуть в комнату через маленькую форточку и так же незаметно исчезнуть, прихватив книгу и наследив пометом козла в двух комнатах. Он же зачем-то перевернул один из трупов. Надо проверить, нет ли следов помета на подоконнике… — лейтенант Кларк умолк и почувствовал, что начинает краснеть.

— Карлик? Карлик с пометом козла на подошвах? Днем лезет через форточку, переворачивает один из трупов в доме, забирает книгу и исчезает снова через форточку?.. Нет… Никуда не годится. Это за гранью здравого смысла… Роберт, ты меня пугаешь… Данную версию я обсуждать не буду, — дивизионный комиссар отрицательно покачал головой и с сочувствием посмотрел на лейтенанта. — Это у тебя от переутомления. Раскроешь дело и сразу же пойдешь в неплановый отпуск. В отпуск дня на три, не меньше.

— Хорошо, шеф, раскрою дело и в отпуск на три дня — Бобби Кларк устало кивнул.

Вторую половину дня, вечер и ночь Бобби Кларк провел в своем кабинете в Скотланд-Ярде. Много работал с интернетом, выкурил три пачки сигарет, выпил два литра кофе. Рано утром лейтенант Кларк позвонил дивизионному комиссару Джеймсу Хью.

 

 

XVIII век.

1718 год. 15 сентября. Испания. Толедо.

 

Шестой день дождь беспощадно поливал Толедо и его окрестности. Стояла ночь, и вспышки молний рассекали черный бархат неба, периодически высвечивая мрачные здания, кривые улочки, замок Альказар и реку Тахо. В небольшом домике на окраине Толедо, в полуподвальном помещении хило мерцал огонь. Здесь Мигель Кортэс — мужчина средних лет с моложавой внешностью работал в своей подпольной, алхимической лаборатории.

Мигель Кортэс пытался получить философский камень. Камень, бросив который в расплавленный неблагородный металл, можно было превратить этот металл в золото. Лаборатория была завалена банками, склянками, колбами, пробирками, пакетами, пипетками и еще черт знает чем. На деревянном столе среди кусков железа, свинца, каких-то булыжников, лежало несколько манускриптов, один из них — трактат Зосимы «О добродетелях и составе вод» был раскрыт. В небольшом очаге вяло плясал огонь, подогревавший ковш с расплавленным железом. Тяжелые испарения ртути, серы и еще черт знает чего раздражали трахею, бронхи и легкие.

Алхимик и чернокнижник, рискуя жизнью и здоровьем, читал запрещенную литературу, производил запрещенные опыты, и, узнай об этом Святая инквизиция, гореть ему предстояло на большом костре на глазах у восторженной публики.

Мигель устало опустился на табурет. Очередной эксперимент по получению философского камня потерпел фиаско. В который уже раз железо расплавилось, но после добавления смеси, изготовленной алхимиком, так и не превратилось в золото.

«Надо продолжать искать… — подумал Мигель Кортэс. — Я уверен, что в состав камня входит двууглекислый кадмий… Но что еще нужно добавить?.. Что?.. Ртуть?.. Серу?.. Обязательно, но это все неживое… Наверняка, нужен еще живой компонент… В книге по Тибетской медицине часто в лечебных сборах упоминается помет молодого, горного козла… Почти в каждом рецепте есть помет козла… Надо попробовать достать помет… свеженький… Сегодня же поеду к дядьке в горы, он на козлов охотится, должен помочь…»

Мигель поднялся по лестнице наверх и подошел к окну. На улице стояла черная карета Святой инквизиции. Из дома напротив трое в синем и двое в штатском выволокли упирающегося соседа Эммануэля, заломили ему руки за спину и с размаху кинули в черный кэб.

«Эх, только бы успеть… — подумал Мигель Кортэс — А уж удрать от инквизиции я сумею…»

Чернокнижник и алхимик Мигель овладел тайной перемещения во времени через магический круг, а знакомый еретик-вольнодумец Карло Марксоно, рассказал ему, что в далеком будущем инквизиции не будет, не будет и эксплуатации человека человеком, все люди станут братьями, на Земле воцарятся мир, процветание и любовь.

Мигель Кортэс твердо решил: «Получу философский камень и рвану куда-нибудь в Светлое будущее, где все люди братья, и меня, Мигеля Кортэса из Толедо, конечно же, по достоинству оценят, ведь я принесу в будущее раскрытую тайну камня философов».

«Ох, как нелегко умному человеку в наши дни… — грустно размышлял чернокнижник и алхимик. — Ну, ничего, ничего… Кажется, я уже вышел на финишную прямую… Сегодня же съезжу за пометом горного козла…»

В тот же день Мигель вернулся домой от дядьки очень поздно. Он скинул насквозь промокшую накидку, шляпу и осторожно поставил на пол бурдюк, набитый вожделенным пометом молодого горного козла. На пороге с дрожащей в костлявых руках свечой и листком бумаги появилась Люция — старая, сгорбленная служанка. На ее страшно бледном и морщинистом лице застыл ужас.

— Что? — спросил Мигель, и голос его чуть дрогнул. Чернокнижник и алхимик сам уже знал ответ.

— Повестка от Святой Инквизиции, — молвила старуха.

Мигель, взял повестку, быстро прочитал ее и подумал: «Значит, завтра к десяти утра… Похоже, на допрос… Наверное, на меня сосед накапал… Спокойно… У меня впереди целая ночь… У меня теперь есть все ингредиенты философского камня… Работать, работать, работать…» — алхимик схватил бурдюк и, не обращая внимания на старуху, устремился в свою лабораторию.

Наступало утро. Одуревший от страшного зловония, усталости и отчаяния в своей лаборатории сидел чернокнижник и алхимик Мигель Кортэс. В очередной раз он потерпел фиаско. Был израсходован весь запас двууглекислого кадмия, ртути, серы и помета козла, но расплавленное железо так и не превратилось в золото.

«Что делать?.. Бежать в Светлое будущее?.. Но камень я еще не получил… С другой стороны, с инквизицией шутки плохи… А может, вызвали в роли свидетеля?.. Похоже… Иначе увезли бы на вороных… Может, обойдется?.. Ладно, схожу… На всякий случай надо спрятать все книги и реактивы… хорошенько спрятать…»

*   *   *

Комната была небольшой и темной. За длинным столом сидели трое мужчин, одетых в униформу — черные рясы. На стене висел портрет отца Святой инквизиции. Возглавлял тройку пожилой, лысый инквизитор с башенным черепом. По правую руку от него восседал горбоносый, веснушчатый мужчина неопределенного возраста. По левую руку — тощий старикан с впалыми глазницами и землисто-желтушным цветом лица.

Мигель Кортэс с большим трудом держался на ватных ногах.

— Ну, Мигель Кортэс, знаете, почему мы вас вызвали? — тихо спросил лысый инквизитор с башенным черепом.

— Нет… я… не знаю… – запинаясь, ответил алхимик.

Трое за столом многозначительно переглянулись, после чего старикан с впалыми глазницами и землисто-желтушным цветом лица сказал:

— Да… слаб человек, слаб, а диавол постоянно расставляет сети свои…

Раздался душераздирающий крик, доносившийся откуда-то из подвалов здания. Истошный вопль длился минуты две и смолк, переходя с альта на фальцет. Пару минут все сидели молча.

— И раскаиваться вам Мигель Кортэс не в чем? — спросил горбоносый.

— Я… я… честно не знаю… — Мигель смахнул со лба предательски выступившие капли пота.

— Никаких книг запрещенных вы не читали и не читаете?

— Нет… Я вообще очень плохо читаю, — солгал алхимик, знавший пять языков.

— И как же тогда вы нашу повестку прочитали? — сразу спросил лысый инквизитор, пристально глядя в глаза Мигелю.

— С большим трудом прочитал… — очень находчиво ответил алхимик.

— Значит, книжек вы никаких запрещенных не держите? — горбоносый вытянул шею и шмыгнул носом. — Книжек по магии черной, по алхимии, по астрологии.

— Нет… У меня дома только Библия, — снова солгал чернокнижник и алхимик, подумав при этом: «Хорошо, что я успел спрятать книги… Могут и со шмоном нагрянуть… Запросто могут…»

— Да… слаб человек, слаб, а диавол постоянно расставляет сети свои… — медленно, как-бы нараспев, сказал старый инквизитор с впалыми глазницами.

Снова возникла пауза. Мучительно долго длилось время. Мигель вспотел, как загнанная лошадь. Из подвалов опять раздался душераздирающий крик.

— Значит, раскаиваться вам не в чем? — лысый слегка покачал башенным черепом. — Чистосердечное признание облегчает участь раба Божия.

— Каждый человек грешен, — вступил горбоносый. — А вот вы, Мигель Кортэс, почему-то абсолютно чисты?

— Конечно, конечно, у меня есть недостатки, — затараторил алхимик и чернокнижник. — Но, перед Святой инквизицией я чист…

— Значит, книжек запрещенных вы не держите и никаких опытов сатанинских у себя в доме не проводите?

— Опыты? — Мигель изобразил удивление. Страх сковал его члены, но внутренний голос подсказывал алхимику: «Горбатого лепи, горбатого… Мешком прикинься, ветошью…»

— В глаза смотреть, Кортес! В глаза! — рявкнул лысый и стукнул кулаком по столу. — Опыты по алхимии! Камень сатанинский или зелье какое-нибудь хотите заполучить?

— Нет, никогда… Не проводил… Не хотел… Камнями вообще не интересуюсь…

— Никакими камнями не интересуетесь? Совсем никакими?

— Совсем никакими…

— А соседа своего Эммануэля хорошо знаете? — спросил горбоносый.

— Знаю…

— В глаза смотреть… — горбоносый нахмурил брови. — И что вы можете рассказать о соседе?

— Не нравится он мне, — решительно заявил алхимик, сделав вид, что ему ничего неизвестно об аресте соседа. — Какой-то он странный…

— И давно вы за ним заметили странности? — спросил лысый.

— Года два.

— Целых два года?.. И не сообщили об этом Святой инквизиции? — лысый укоризненно покачал башенным черепом.

«Черт… Поймали… Подловили… Дурак, зачем сказал, что два года?..» — подумал Мигель Кортэс и облизал высохшие губы.

— Так ведь у меня доказательств супротив соседа не было. Может, ошибаюсь я… Может, напраслину возвожу… — начал оправдываться алхимик.

— Доложить вы должны были нам про соседа. Еще два года назад, а мы бы разобрались. Святое дело доложить. Плохо вы, Мигель Кортэс, свой гражданский и христианский долг исполняете… Сосед ваш Эммануэль в ереси уличен! — лысый сорвался на крик и ударил кулаком по столу.

— Да, если б я знал… Да, я бы сразу к вам… — Мигель изобразил страшное рвение.

— Так вот, сосед ваш признался в ереси. Признался только под пытками. И он рассказал, что вы мысли разные вольные высказывали, про философский камень упоминали, литературой запрещенной интересовались, кота черного он пару раз возле вашего дома видел.

— Я?! Это ложь! Врет он!.. — алхимик для большей убедительности, рванул на себе рубаху. — Мстит мне за то, что у меня всегда урожай в огороде больше… Я собираю по десять мешков турнепса, а он два-три…

— Слаб человек, слаб, а диавол постоянно расставляет сети свои… — старик с впалыми глазницами и землисто-желтушным цветом лица затряс головой.

— Вы успокойтесь, Мигель Кортэс, успокойтесь. Мы с вашим соседом еще не закончили. Мы с ним еще только начали работать, — лысый инквизитор заговорил почти шепотом. — Может статься, что сосед ваш еще и откажется от своих показаний, хотя я что-то такого не припомню.

— Но пятно подозрения уже легло на вас, Мигель Кортэс, — вступил в разговор горбоносый. — И не просто вам будет смыть его.

— Только благие дела на помощь Святой инквизиции помогут вам воистину очиститься. Готовы ли вы на это?! — лысый снова повысил голос.

— Всегда готов! — не задумываясь, выпалил алхимик и для большей достоверности махнул вверх над головой правой рукой. — Я буду очень стараться…

— Одного старания мало. Старание в костер не положишь, — горбоносый перешел на шепот. — Вот вы придете домой и подумайте. Подумайте о себе, о знакомых своих. Повспоминайте разговоры с людьми разными. Ну, а как вспомните сомнительное что-нибудь, странное, сообщите нам. А мы тут на месте разберемся в сомнениях ваших.

— А теперь идите Мигель Кортэс. Идите и помните, что надо иметь большую силу духа, чтоб не случилось грехопадение… Идите, Мигель Кортэс… — напоследок лысый инквизитор с башенным черепом просто испепелил Мигеля тяжелым взглядом.

— Спасибо… Я… я, конечно… — пробормотал алхимик и чернокнижник.

*   *   *

Придя домой, Мигель Кортэс начал лихорадочно размышлять: «Да… С инквизицией шутки плохи… Теперь я у них на крючке… Теперь стучать надо… Стучать… Если не буду поставлять им доносы, мне крышка… Зацепили… И камень философский не получил… Но сейчас не это главное… Главное, драть отсюда надо… Драть, как можно короче… В Светлое будущее… Там инквизиции нет, а все люди братья… Начерчу магический круг и рвану в будущее… Меня там наверняка оценят… А здесь не ровен час сожгут живьем, а с моими-то мозгами гореть на костре это просто несправедливо… Вот только какой век выбрать?.. Пожалуй, ХХI… А год?.. Да, любой, например, 2041… Страна?.. Стрела времени может отправить хоть на Восток, хоть за Запад… Пожалуй, отправлюсь на северо-запад…»

Мигель Кортэс спустился в лабораторию, достал кусочек мела, начертил на полу магический круг, встал в центре, забормотал магическую формулу-заклинание. И вихрь времени подхватил алхимика и чернокнижника из Толедо и понес его через века и расстояния в Светлое будущее.

 

 

ХХI век. 2041 год.
16 сентября. Англия. Лондон

 

Мигель Кортэс оказался в чисто убранной комнате, залитой солнечным светом. Окно выходило в аккуратно подстриженный садик. Из соседнего помещения доносились обрывки фраз на английском языке. Мигель знал английский неплохо. Выйдя из магического круга, тихо ступая, Мигель приблизился к двери, и припал глазом к замочной скважине. В другой комнате находились четверо мужчин. Один из них — седой с богатой шевелюрой и густыми бровями, сидел в кресле за столом, остальные трое стояли напротив него.

— Все, сука! — рявкнул толстый мужчина, державший в правой руке черный предмет. — Сейчас ты заговоришь, майор! Сейчас мы освежим тебе память.

— Послушай, сержант… — начал человек, сидевший за столом.

— Да! Я так и дембельнулся сержантом! А ты, майор, дошел до полковника, хотя нарушал законы. Сейчас ты должен отдать нам камень. Старика, которого завалил в Сеуле, помнишь? Ты ведь меня понял, майор!? Тогда ты заполучил камень, теперь отдавай его нам!

— У меня нет никакого камня…

— Врешь! Тогда в Сеуле умирающий старик успел сказать мне, что отдал тебе необыкновенный камень… Очень необыкновенный…

— Нет у меня никакого камня… — мужчина в кресле отрицательно замотал головой.

— Врешь! Где камень, сука! — взревел толстый. — В глаза смотреть! В глаза!

«Камень?.. Необыкновенный камень?.. — подуман Мигель Кортэс из Толедо. — Они требуют от него философский камень?.. Их трое… Они из местной инквизиции?.. А он, видимо, алхимик и завладел философским камнем?..»

— Нет у меня никакого камня…

— Колись, падла, — толстый стукнул кулаком по столу и скомандовал своим друзьям: — Освежите ему память!

Тут же к сидящему шагнул мужчина с усиками и сходу пнул его прямо в голову. Секунд десять после удара мужчина приходил в себя, после чего выплюнул на стол кровь и три выбитых зуба.

— Где необыкновенный камень?! — снова прозвучал вопрос.

— Не знаю… Нет у меня… никакого камня…

«Их трое… Они из местной инквизиции, а он алхимик… Да, по лицу видно — алхимик… Старше их всех, получил или раздобыл у другого алхимика философский камень… А они из местной Святой инквизиции… Хотят отобрать у него философский камень… Ох, ну и ну… Что творится-то…» — думал Мигель Кортэс.

— Придушите его! — распорядился толстый.

Рыжий мужчина достал из кармана удавку, мигом набросил ее на шею жертве и потянул за концы. Мужчина за столом захрипел, начал синеть, а его телодвижения стали напоминать конвульсии.

«Точно, философский камень у него забрать хотят… Черт… Ну и дела… — Мигель Кортэс из Толедо с ужасом смотрел через замочную скважину на происходящее в ХХI веке. — Значит, инквизиция бессмертна… Значит, здесь у них в Светлом будущем еще покруче, чем у нас там в прошлом… Ох, покруче, покруче… И инквизиция здесь покруче…»

— Отпусти его! — толстый махнул рукой. Рыжий тут же ослабил удавку.

Пару минут избиваемый жадно хватал воздух ртом, как большая рыба, выброшенная из воды на землю.

— Где необыкновенный камень, сука! В глаза смотреть, в глаза!

— У меня… нет… никакого… камня…

— Снова души его!

— Нет!.. Нет!.. Я отдам… — взмолился мужчина за столом. Чуть приподняв окровавленную голову, он с трудом выдвинул верхний ящик и вытащил оттуда пепельницу из яшмы. Дрожащими пальцами подцепил её боковую стенку и вытряхнул из пепельницы камень размером с небольшой грецкий орех.

Мигель Кортэс из Толедо сильнее припал к замочной скважине и облизал пересохшие губы. Толстый взял камень в левую руку, повертел его перед глазами и громко хмыкнул:

— Ну, вот, майор, а ты говорил, нет камня… Посмотрите на улице чисто?

Рыжий и мужчина с усиками подошли к окну. В ту же секунду толстый повернул на них черный предмет, и прозвучали два выстрела. Оба мужчины повалились на пол, и Мигель Кортэс из Толедо понял, что их убили.

«Это у него маленький пистолет и он из него своих же инквизиторов… Своих инквизиторов насмерть… Видать, он один хочет философским камнем завладеть… Нет, это кошмар, что здесь делается… «

Толстый ухмыльнулся, подчеркнуто не спеша направил пистолет на сидящего за столом, и нажал на курок. Избитого, израненного мужчину выстрелом отбросило на спинку кресла, на его груди быстро расплывалось кровавое пятно. У чернокнижника и алхимика сильно запершило в носу, и Мигель Кортэс громко чихнул.

— Что?! Здесь есть кто-то еще?! — вскрикнул толстый и повернулся в сторону двери, за которой стоял алхимик из Толедо.

«Дева Мария… Конец…» — мелькнула у алхимика безрадостная мысль. Но в этот момент сильно избитый и тяжело раненый мужчина за столом сумел достать из открытого ящика свой пистолет. Снова грохнул выстрел, и толстый упал лицом вниз, успев сделать лишь два шага к двери.

Минут пять тишину нарушало только пение птиц в саду. Мигель Кортэс не отрываясь глядел в замочную скважину и лихорадочно думал:

«Надо срочно бежать отсюда… Обратно… В Испанию… В ХVIII век… Домой… У них здесь в ХХI веке покруче, чем у нас там… Ох, покруче здесь… И инквизиция и нравы здесь покруче… Бежать отсюда обратно… А они друг друга поубивали… Без суда и следствия… Если меня здесь застукает их инквизиция, то мне абзац… Бежать… А камень?.. Если они мертвы, надо забрать с собой философский камень… Такая возможность… Надо забрать…» — желание победило страх и, после минутного колебания, Мигель Кортэс из Толедо открыл дверь и шмыгнул в соседнюю комнату. Он сразу же устремился к толстому, с опаской и отвращением повернул убитого на спину, разжал пальцы его левой руки и ухватил камень.

«Вот он… Камень философов… Темно-голубой… Выглядит, как драгоценный… И огранен, как драгоценный… Никогда не думал, что философский камень такой красивый… Теперь он мой… Вот это удача…» — алхимик и чернокнижник стоял посреди комнаты. Взгляд его блуждал и случайно упал на книжную полку. Мигель подошел к книгам. Фамилии и имена авторов ему были совершенно не знакомы: Жорж Сименон, Агата Кристи, Чейз, Алексей Бенедиктов.

«Сколько книг… Убитый был чернокнижник и алхимик…Здесь наверняка есть что-нибудь новое по алхимии и черной магии… — подумал Мигель Кортэс и вытащил книгу наугад. На обложке красовались вампир и две ведьмы. — Явно руководство по черной магии… Точно, убитый был чернокнижник и алхимик… Книгу тоже прихвачу с собой… Теперь бежать… Обратно… в Испанию… в XVIII век… Срочно… Нет уж, больше я в Светлое будущее не ездок… Здесь у них покруче… Здесь и инквизиция покруче… Только, если потом на минутку за новыми книгами…»

С камнем в кармане и романом «Дракула» подмышкой Мигель Кортэс из Толедо устремился с соседнюю комнату, заскочил в магический круг, зашептал заклинание. И вихрь времени подхватил алхимика и понес его обратно в Прошлое.

 

19 сентября. 2041 год. Лондон.

 

— Шеф, извините за ранний звонок, вас беспокоит лейтенант Кларк…

— Слушаю, старина, слушаю… — ответил дивизионный комиссар.

— Я всю ночь перебирал возможные версии. Главное — рисунок мелом… Думаю, что это… Магический круг. Пятый в дом полковника прибыл и исчез через этот круг.

— Не понял…

— Единственное возможное объяснение, шеф. Алхимик и чернокнижник с навозом на обуви прибыл, наверное, из средних веков. Он и наследил в двух комнатах, поди, и книгу прихватил, думая по обложке, что это по черной магии… И, похоже, он ещё что-то забрал из руки убитого, которого перевернул, — Бобби Кларк говорил быстро. — Техникой перемещения во времени владели средневековые алхимики-чернокнижники, тибетские монахи, индийские йоги…

— Какое перемещение во времени? Какие магически круги, Роберт? На дворе ХХI век.

— Шеф, я немного интересуюсь квантовой физикой, так вот, исходя из последних научных данных, перемещение во времени и пространстве далеко не фантастка.

 

Вопрос: Что ответил дивизионный комиссар лейтенанту Кларку?

— Положим, пока еще не доказано, сохраняют ли теории квантовой гравитации лазейку для путешествия во времени в общей теории относительности, — возразил дивизионный комиссар Джеймс Хью.

— Да, шеф, не доказано, но и не опровергнуто. Так что гость из прошлого может снова вернуться, например, за новыми книгами?

— Что-то мне подсказывает, если твоя версия и верна, он сюда больше не вернется, — дивизионный комиссар грустно покачал головой. — В средние века алхимиков и чернокнижников не шибко-то любили, следили за ними крепко и, если что, сразу в цугундер их или на костер…

 

 

XVIII век.

16 сентября.1718 год. Испания. Толедо.

 

Едва вихрь времени вернул Мигеля Кортэса обратно домой в подвальную лабораторию, как две пары дюжих рук схватили его за шкирку и вытащили из магического круга. Два молодых инквизитора в черных рясах крепко держали алхимика. Посередине лаборатории на табуретке сидел старый лысый инквизитор с башенным черепом.

«Засада… — понял Мигель. — Абзац… Вилы…»

— Давненько, давненько, мы вас тут поджидаем, Мигель Кортес, — медленно, нараспев протянул лысый инквизитор.

Инквизитор, стоящий справа, выдернул у алхимика книгу и протянул ее лысому. Лысый брезгливо взглянул на цветную обложку романа «Дракула» и сокрушенно покачал башенным черепом:

— Значит, Мигель Кортэс, вы продолжаете утверждать, что магией не занимаетесь и к чернокнижию отношения не имеете?

— Простите… простите… — залепетал алхимик. — Лукавый попутал…

— Мы-то простим, а вот костер, не знаю, простит ли, — задумчиво ответил старый инквизитор.

Короткая пауза показалась Мигелю вечностью.

«Сейчас обшманают, найдут философский камень, и тогда полный абзац…» — подумал алхимик и чернокнижник.

Словно прочитав его мысли, молодой инквизитор начал выворачивать у Мигеля карманы. Не прошло и минуты, как был извлечен злополучный камень. Лысый инквизитор быстро осмотрел камень и, нахмурив брови, произнес:

— Мигель Кортэс, да вы еще и вор. Это же тот самый голубой бриллиант, который недавно был украден у жены португальского посла, баронессы Магдалины дель Кастильо.