14 сентября. 2042 год.
Эдинбург.
Симпатичная, зеленоглазая молодая девушка по имени Сюзи Маклин вышла из склада и побрела вниз по улице. Шел шестой месяц её пребывания в Эдинбурге. Восемнадцатилетняя провинциалка, встававшая на ферме в пять часов утра, не знавшая ни праздников, ни выходных, наконец вырвалась из цепких лап мачехи и отчима, и больше не выслушивала их бесконечные упреки и грубости. В Эдинбурге она устроилась кладовщицей в клининговую компанию.
Пройдя три квартала, Сюзи зашла в дом, где снимала очень дешевую комнату, открыла хлипкую дверь ключом и шагнула в небольшое, прохладное помещение. Через маленькое, тусклое окно с большим трудом пробивались хилые лучи солнца. Взгляд девушки упал на подоконник, и она увидела коробку, перевязанную атласной красной лентой с бантом, сверху лежала записка от консьержки.
Сюзи, эту посылку просили передать тебе. Тетя Молли.
Девушка застыла от удивления. Коробка была из-под женских туфель модной фирмы «Леди Гамильтон». Сбоку на этикетке были изображены лакированные туфли золотистого цвета на высоком каблуке. Сюзи развязала бант, подняла крышку и зашептала:
— Это… Это какая-то ошибка… Мне… Этого не может быть…
Девушка из провинции стояла у окна, держала в руках роскошные туфли, и часто моргала своими зелеными, невероятно красивыми глазами.
Через пять дней в утренней сводке новостей Эдинбурга появилось короткое сообщение.
Вчера в 5:35 утра на окраине города был обнаружен труп изнасилованной и жестоко убитой восемнадцатилетней Сюзи Маклин. Это уже третье убийство молодой женщины в Эдинбурге за последние два месяца. Полиция пока или бессильна, или бездействует.
20 сентября. 2042 год.
Лондон. Нью Скотланд-Ярд.
Кабинет дивизионного комиссара Джеймса Хью.
Шеф поправил кобуру под мышкой, пристально посмотрел на детектива Кларка и произнес:
— Так вот, девочка была изнасилована и убита. На ее теле следы от двенадцати ударов ножом. Но это еще не все. Она стала уже третьей жертвой в цепи аналогичных преступлений в Эдинбурге.
— Работает настоящий садист, — Бобби Кларк расстегнул верхнюю пуговицу на рубашке, ослабил и децентровал узел галстука.
— Дела ведет городской отдел полиции, и они зашли в тупик. С сегодняшнего дня я беру следствие под контроль, а заниматься расследованием непосредственно в Эдинбурге будешь ты.
— Понял.
— Сейчас свяжись с коллегами из Эдинбурга. Срочно ознакомься с имеющимися у них материалами по этим делам, и снова жду у себя.
— Хорошо, шеф, — кивнул Бобби Кларк.
Через пятьдесят четыре минуты.
Нью Скотланд-Ярд. Кабинет дивизионного комиссара Джеймса Хью.
— Итак, что известно? — дивизионный комиссар достал свою любимую трубку.
— Все жертвы — женщины молодого возраста, — приступил к докладу Бобби Кларк. — Они приехали в Эдинбург в этом году из провинции, снимали очень дешевые комнаты в одном районе и вели достаточно замкнутый образ жизни. Между собой знакомы не были. Судя по опросам соседей и сослуживцев, близких друзей и родственников в городе не имели. По заключению экспертизы действовал один и тот же преступник, орудие убийства — нож, найден не был. Проведенная проверка по ДНК позволила исключить всех ранее осужденных за сексуальные и другие правонарушения. Все жертвы убиты в пригороде Эдинбурга, где и с кем находилась перед убийством, установить не удалось.
— Всё? — спросил шеф, раскуривая трубку.
— Да… То есть, нет. Есть что-то еще, какая-то деталь, но пока я не уловил, что именно…
— Это хорошо. Это радует. Значит, ты уже взял след… Кратко о психологическом портрете серийного маньяка-убийцы. Помни, частенько такие отморозки произрастают из аристократических семей: элитарное воспитание, знание нескольких языков, игра на музыкальных инструментах, изысканные манеры, утонченный ум, а внутри болото, топь, омут, миазмы и мертвая зыбь… — дивизионный комиссар Джеймс Хью тяжело вздохнул. — Хотя, нередко эти ублюдки бывают выходцами из самых низов, так сказать, со дна общества: бомжи, безработные, спившиеся алкоголики и наркоманы, токсикоманы… А иногда серийные маньяки-убийцы представители среднего класса: уважаемые инженеры, врачи, учителя, программисты, архитекторы, маркшейдеры, артисты, дизайнеры, геологи, летчики, адвокаты…
— Спасибо, шеф. Я это буду иметь ввиду.
Дивизионный комиссар посмотрел на свои наручные часы с трещиной на пуленепробиваемом стекле и произнес:
— Время жмет. Не откладывая отправляйся в Эдинбург. Будешь там работать под видом молодой провинциалки, недавно приехавшей в большой город. Туповатая, с прибабахом, малограмотная и очень любопытная девица — прекрасная приманка для сексуального маньяка.
— Туповатая, с прибабахом, малограмотная и любопытная девица для маньяка добыча заманчивая. Кстати, не только для маньяка, — отметил Бобби Кларк. — Но у меня сильно волосатые ноги.
— Волосы на ногах можно сбрить или осторожно опалить зажигалкой, а лейтенант Элен Линкольн проинструктирует тебя по основам женской психологии, женской логики и женского поведения. Она же поможет тебе загримироваться попривлекательнее и главное, посексуальнее.
— Так сказать, поаппетитнее для мужчин.
— В образ входи по системе Станиславского, — дивизионный комиссар поправил кобуру подмышкой.
— Основы женской логики, женской психологии и женского поведения это, конечно, важно, но для полного перевоплощения, мне бы ещё узнать, о чем думают женщины.
— Вот и спросишь лейтенанта Элен Линкольн. Она тебе и расскажет, о чем думают женщины… И последнее, при задержании, если отморозок окажет активное сопротивление, патроны не жалеть.
— Хорошо, шеф, — кивнул детектив Кларк. — Патроны жалеть не буду.
Психолог и инструктор-консультант Скотланд-Ярда по гриму Элен Линкольн была женщиной постбальзаковского возраста с жесткими чертами лица и тяжелым взглядом. Она внимательно выслушала детектива Бобби Кларка, придирчиво оглядела его и сказала, что ему лучше всего обойтись самым минимумом: дамский парик, очень яркая губная помада и накладной бюст.
— Волосы на ногах и на лице будете подбривать ежедневно утром, — с этими словами Элен Линкольн распахнула служебный склад и через пару минут вынесла оттуда женский парик и накладной бюст огромных размеров.
Бобби Кларк с изумлением уставился на последний предмет маскировки и робко поинтересовался:
— А почему он такой большой?
— Во-первых, это не самый большой бюст, а всего лишь шестой номер, во-вторых, с маленьким бюстом вам будет труднее по-настоящему ощутить себя женщиной и, в-третьих, это наиболее аппетитный размер для большинства мужчин, — доходчиво объяснила Элен Линкольн.
Бобби Кларк хотел было возразить, но сдержался.
— А теперь я познакомлю вас, детектив Кларк, с особенностями женской психологии, женской логики и женского поведения. Полный курс рассчитан на шесть месяцев интенсивных занятий, но мы должны уложиться за пару часов.
Бобби Кларк покорно достал блокнот, авторучку и приготовился тщательно записывать особенности женской психологии, женской логики и женского поведения.
На следующий день в Эдинбурге.
Детектив Кларк с накладным бюстом шестого размера на груди, в дамском парике, в простецком крестьянском платье с допотопным чемоданчиком и старым ридикюлем в руках подошел к двери дома, в котором снимала комнату последняя из убитых девушек. Здесь его ждала первая удача — комната, которую снимала Сюзи Маклин, была ещё не заселена, и именно её ему предложили занять.
«Отлично…» — подумал Бобби Кларк, входя в маленькую комнатенку. За ним следом зашла худющая, пожилая женщина с хитро-колючим взглядом.
— Вот твоя комната, голубушка. Давай знакомиться, — женщина натянуто улыбнулась. — Меня зовут тетя Молли. Я здесь работаю администратором и консьержкой.
— Здравствуйте, — стараясь сымитировать женский голос, ответил Бобби Кларк. — Я Дора Хэмли.
— Вот тебе, Дора, постельное бельишко, — консьержка положила две простыни, полотенце и наволочку на кровать. — Поди, из глубинки за лучшей долей в Эдинбург приехала?
— Из глубинки, — кивнул детектив Кларк и принялся излагать заранее заготовленную легенду: — Жила я в сельской местности, на ферме у дяди. Помогала ему ухаживать за домашней птицей, за мелким, средним и крупным рогатым скотом, и заниматься земледелием. Выращивали мы зерновые, зернобобовые и корнеплоды. Вот подросла, и дядя отпустил меня в город уму-разуму поднабраться… Хочу выучиться на агронома или на зоотехника…
— Может и повезет тебе, не в пример твоей предшественнице.
— А что с ней случилось?
— До тебя тут, в этой же комнате, тоже молоденькая девушка жила. Так вот, убили ее.
— Насмерть убили? — спросил Бобби, изобразив ужас на лице.
— Конечно, насмерть. Так что ты, голубушка, от незнакомых мужчин подальше держись.
— Так я ведь вообще здесь никого не знаю.
— Вот значит, от всех мужчин и держись подальше. От мужчин на Земле одна только грязь и беды, — философски заключила пожилая женщина.
— Да, тетя… — очень тихо пробормотал Бобби Кларк.
— Мужчина, он по сути своей животное, — консьержка продолжала развивать мысль вглубь. — Трудно поддающееся дрессировке, нечистоплотное животное.
— Да, тетя… — снова пробормотал Бобби Кларк
— Мужчину, как к нему не относись, как ни корми, не исправить. Все в нем звериное остается. Грязь от мужчин только и беды. И ещё безмозглые они все. Совершенно безмозглые.
Услышав столько о мужчинах, детектив Кларк густо покраснел.
— А ты чего покраснела? — удивленно спросила пожилая женщина.
— Да, так… — замялся Бобби Кларк, подумав при этом: «Сама ты дура, и мозги у тебя куриные».
— Вот, глупышка. И сколько ж тебе годиков?
— Двадцать, — ответил Бобби, отлично понимая, что на двадцатилетнюю он тянет с очень большим трудом.
— Самый опасный возраст для девицы. И темнеет сейчас уже рановато. Так что, ты поздно по улицам не ходи.
— Тетя Молли, а может девушку убили из-за денег? — детективу было необходимо разговорить консьержку на нужную ему тему.
— Нет, надругались, а потом просто убили. У нее ведь и взять-то нечего было. Вот только в коробке той… Ну, не из-за туфель же?..
— В какой коробке?
— За несколько дней до убийства мальчишка принес ей коробку, перевязанную красивой лентой. Какой-то дядя попросил его это сделать, за деньги. На этикетке туфли — такие золотистые, блестящие, на высоком каблуке, дорогие на вид. Сюзи дома не было. Ну, я коробку занесла ей в комнату и записку написала. А потом, когда девочку убили, я в комнате приборку делала, так вот, коробка эта открытая была и пустая уже.
— И где эта коробка?
— Так я ее выкинула. Зачем ее оставлять?..
«Зачем выкинула, дура… Точно куриные мозги…» — подумал Бобби Кларк, но озвучивать свою мысль снова не стал, а спросил:
— Когда мальчик принес коробку?
— Прошлую субботу. Часов в одиннадцать утра… Да, поди, и не туфли там были, а что-то другое. Откуда бы ей такую дорогую обувь прислали. Она ведь почти сирота… Воспитывали её отчим и мачеха, редкие сволочи, особенно отчим.
— Вы не расспросили мальчика, как выглядел дядя, который ему коробку дал? Может, что-то особенное было у дяди во внешности?
— Что у мужчин может быть такого особенного во внешности? Они ведь все на одну рожу. Все бестолковые, безмозглые. У них и внешность одинаковая, и сущность тоже одна — черная сущность.
— Ну, мало ли…
— Ничего в мужчинах особенного нет и быть не может, — очень категорично и назидательно ответила пожилая женщина. — Была б у меня возможность, я бы их всех незаметно мышьяком извела… А мальчишка, который посылку принес, младший брат официантки Линды из кафешки на углу тут рядом… Послушай, голубушка! Почему ты меня об этом спрашиваешь? Почему тебя это так заинтересовало?
— Да, я такая дурочка, такая дурочка. Вечно сую свой нос в чужие дела. Ну, очень я любопытная, — затараторил детектив.
— Ох, какая ты любопытная… Ну, ладно, я пошла, а потом как-нибудь зайду, поболтаем. Я тебе о мужчинах такое расскажу, за километр обходить их будешь.
Бобби Кларк изобразил глуповатую улыбку и пробормотал:
— Хорошо, тетя Молли, я с удовольствием послушаю о мужчинах. Подумав при этом: «Сама ты дура… И мозги у тебя куриные…»
Консьержка доверительно улыбнулась, покачала маленькой головой с куриными мозгами и покинула комнату.
Женщина ушла, и детектив Кларк остался один.
«Да», — грустно подумал Бобби Кларк. — «Такова наша работа… Приходится иметь дела черт знает с кем… И черт знает, что выслушивать… Только начал внедрение, а уже пришлось наслушаться столько унижающего меня, как мужчину… А впереди еще маячит перспектива услышать о мужиках такое… Сама она дура… И мозги у нее куриные… Редкая дура… Стоп… Спокойно… Я выполняю задание… Что говорят о мужчинах, меня не волнует… Когда эта дура начнет рассказывать про мужчин гадости, я выдержу… Теперь по-порядку… Появилась коробка из-под туфель… Из-под дорогих туфель… Принес мальчишка по поручению неизвестного дяди… Что было в коробке?.. Лакированные, золотистые туфли?.. Не факт… Стоп… Коробка из-под туфель… Туфли… Обувь… Ну, конечно же… Обувь, в описании мест преступлений… На фото жертв и в описании мест преступлений обувь отсутствовала… Во всех трех случаях жертвы были без обуви… И никаких туфель, кроссовок, босоножек в описании мест преступлений нет… Точно, мне сразу что-то показалось странным в этих делах… Теперь можно предположить, что все они получили такие посылки… Наверное, потом маньяку было проще завязать знакомство с девушками, если он говорил им, что это его подарки… А после убийства преступник забирал туфли, как возможную улику… Надо срочно расспросить мальчишку, который принес коробку…«
Минут через двадцать в пустом кафе Бобби Кларк в одежке девушки-провинциалки болтал с официанткой по имени Линда. Линда оказалась ещё более тупая, чем тетя Молли. Разговорить женщину оказалось совсем просто. Не откладывая в долгий ящик, детектив спросил её:
— У тебя младший брат есть?
— Есть, Фредди… Десять лет ему… Может, двенадцать.
— Вот здорово, и моему столько же. Слушай, Линда, мне с твоим братом поговорить надо позарез.
— Поговорить с Фредди? А зачем тебе? — изумилась официантка.
— Хочу своему брату подарок на день рождения сделать. Твой бы мне подсказал, какую игру лучше купить…
— Сейчас позвоню, скажу, чтоб быстро пришел сюда. Мы здесь близко живем.
Брат официантки Фредди не заставил себя ждать. Детектив и ребенок сели на скамейке рядом с кафе. Паренек был смышленый и хитрый не по годам. В ходе разговора выяснилось, что несколько дней назад на соседней улице, остановился автомобиль, и мужчина, сидевший за рулем, не выходя из машины, подозвал Фредди, вручил ему пять фунтов и попросил отнести коробку по названному адресу. Мужчина за рулем был в больших черных очках, возраст дяди мальчик определить затруднился. Особых примет у водителя Фредди не заметил, марку автомобиля не знает, цвет машины определил, как серый.
— И когда это было?
— В прошлую субботу. Часов в десять утра или чуть позже.
— Покажи мне, где дядя отдал тебе коробку.
— Пошли, тут за углом.
На месте, где паренек получил коробку, детектив Кларк запомнил название улицы, номер ближайшего дома и обратился к мальчугану:
— Что ж, спасибо тебе, Фредди, я с большим интересом тебя послушала.
— Поблагодарить бы надо.
— Вот тебе на орехи, — Бобби выгреб и насыпал в ладонь подростка мелочь.
— Дядя, а вы ведь не тетя? — мальчишка пристально смотрел в глаза детективу из Скотланд-Ярда.
Бобби Кларк опустил взгляд — накладной бюст был на месте.
— Ты, что говоришь? Я не дядя, я тетя.
— Ну, ну… Как же… — усмехнулся ребенок. — Вы дядя, и, наверное, вы из полиции.
— Родителей слушайся и учись хорошо! — жестко оборвал смышленого Бобби Кларк, подумав при этом: «Наверное, парик у меня съехал… Или голос подвел…»
Двадцать минут спустя детектив Кларк уже в мужской одежде беседовал со своими коллегами в полицейском отделе Эдинбурга. Они в срочном порядке изучили записи видеокамеры близко расположенной к месту встречи мужчины с мальчиком. Однако по закону подлости именно эта камера в прошлые выходные была на ремонте.
— Предлагаю следующую версию. Убийца высматривает молодую одинокую девушку в районах с недорогим съемным жильем. Отправляет ей модные туфли, так ему проще завязать знакомство в дальнейшем. Потом знакомится и увозит жертву на своем авто, — Бобби Кларк закурил сигарету. — Надо срочно проанализировать записи камер видео наблюдения с улиц, где проживали убитые девушки, в дни, когда они были убиты. Интересует автомобиль, который будет зафиксирован в эти дни на всех трех улицах. Так как ребенок назвал цвет машины серый, на заметку в первую очередь должны быть взяты все автомобили с окраской хоть как-то подходящей к этому определению: серые со всеми оттенками, серебристые со всеми оттенками, бежевые со всеми оттенками.
Анализ записей камер видеонаблюдения с трех улиц занял почти четыре часа. Только один автомобиль марки БМВ появлялся в дни убийств на этих улицах, но цвет этого автомобиля был ярко красный.
— Странно, — сказал начальник убойного отдела Эдинбурга. — Не думаю, что ярко красный цвет ребенок спутал бы с серым.
— Как раз наоборот. Именно ярко красное авто парнишка вполне мог перепутать, — возразил Бобби Кларк.
Вопрос: Как эту ошибку ребенка объяснил Бобби Кларк?
Ответ:
— Предполагаю, что ребенок дальтоник. У людей страдающих таким заболеванием чаще всего встречается проблема различать именно красный цвет, — сказал Бобби Кларк и затушил недокуренную сигарету в пепельнице.
Владельцем красного БМВ оказался ранее не судимый, сорока летний директор клининговой компании Майкл Палмер. На его задержание детектив Кларк отправился вместе с коллегами из Эдинбурга.
На следующий день. Лондон. Скотланд-Ярд.
— Возможно, что модные дамские туфельки для убийцы были не только поводом для дальнейшего знакомства с будущей жертвой, но и его фетишем — эротизирущим фактором, — сказал дивизионный комиссар, прослушав доклад детектива Кларка.
— Очень может быть, — Бобби Кларк прикурил сигарету.
— Мне передали, что при задержании, преступник попытался оказать очень активное сопротивление?
— После моей команды: «Руки в гору, полиция!», он выхватил свой пистолет, но нажать на спусковой крючок не успел.
— Не успел, потому что ты был быстрее?
— Да, шеф, я был быстрее… И патроны жалеть не стал, — просто ответил детектив Кларк.
Пару минут сидели молча. Дивизионный комиссар курил свою любимую трубку, Бобби Кларк — сигарету.
— Кстати, сегодня в театре премьера. Классическая адаптация пьесы Шекспира «Генрих V», — дивизионный комиссар поправил кобуру подмышкой. — Роберт, мне кажется, ты очень редко ходишь в театр. Это плохо.
На следующий день. Эдинбург.
Трое подростков сидели в заваленном разным хламом гараже и курили травку.
— Ну, и что хотел от тебя легавый? — спросил рыжий подросток.
— Его интересовал мужик, который попросил меня за деньги передать коробку одной тетке, — ответил Фредди и глубоко затянулся сигаретой.
— Надеюсь, ты не стал помогать копам? — поинтересовался самый старший из тройки.
— Конечно, не стал. Я его специально запутал. Марку машины не назвал, а вместо красного цвета, сказал, что цвет у тачки был серый.
— Молодец, Фредди, теперь этого мужика точно не найдут, — старший подросток одобрительно кивнул. — Лягавые, они же все тупые.
