Блиц с лого и ум

Дело №14 Блиц

Блиц с лого и ум

25 марта. 2038 год

Лондон. Частный дом на Кингс-роуд

         Миссис Мэри Адамс поправила чепчик, высморкалась в носовой платочек, достала ртутный градусник из подмышки и протянула его своей подруге миссис Норе Хайман.

         Нора Хайман — пожилая женщина с благородными чертами лица и хорошими манерами, мельком взглянула на допотопный термометр и, всплеснув руками, произнесла:

         — Мэри, у тебя 39,2 градуса по Цельсию!

         — Ах, — устало покачала седой головой миссис Адамс. — В наши годы естественно острое респираторное заболевание протекает тяжело. Возраст есть возраст, и, как ни крути, а вскрытия не избежать…

         — Ну что ты болтаешь. Сейчас же прекрати говорить глупости и прими еще одну таблетку аспирина.

         Мэри Адамс послушно умолкла, взяла со столика лекарство, стакан воды и приняла таблетку.

         — Сделай мне кровопускание, — тихо попросила подругу миссис Адамс. — Я знаю, ты умеешь… У тебя легкая рука…

         — Нет, Мэри, это я в молодости баловалась… Современная медицина отказалась от этого средневекового метода. Сейчас подействует аспирин.

         Мэри Адамс тяжело вздохнула и начала обмахивать себя китайским веером.

         — Завидую я тебе, Нора. Взрослые дети, внуки, а у меня …

         — Прекрати! У тебя такой чудесный племянник: интеллигентный, застенчивый. В наши дни, когда молодые люди все тело покрывают татуировками, носят кольца в носу, даже днем при свете занимаются сексом, твой Эрик просто как оазис в африканской пустыне, — сказала Нора Хайман и с большим трудом поднялась со стула. — Пора мне. До завтра.

         — Нора, может быть ты мне все-таки сделаешь кровопускание? Выпусти из меня дурную кровь, — жалобно попросила больная женщина.

         — Никаких кровопусканий. Покой и легкий ужин, вот что тебе сейчас нужно. Когда придет племянник, пусть приготовит покушать. Мэри, ты должна поесть даже через силу. Слышишь?

         — Хорошо, — миссис Адамc слегка помахала подруге левой рукой.

         После ухода миссис Хайман не прошло и получаса, как внизу хлопнула дверь, а через пару минут в комнату к восьмидесятилетней миссис Мэри Адамc вихрем ворвался-влетел высокий, худой молодой человек лет двадцати от роду — её племянник Эрик. Был он аккуратно одет, аккуратно подстрижен и крайне взволнован.

       — Тетя! Как вы себя чувствуете?! Нас неожиданно задержали в Университете на коллоквиуме по неорганической химии.

       — Спасибо, Эрик, спасибо… Получше, получше мне сегодня, хотя снова была температура.

       — Как?! Опять температура?!

       — Я приняла таблетку аспирина, — устало улыбнувшись, сказала больная старушка. — Какой ты у меня замечательный племянник: заботливый, интеллигентный, застенчивый. А ведь в наши дни многие молодые люди употребляют алкоголь, курят травку, все тело покрывают фривольными татуировками, носят кольца в носу.

       — Они поступают плохо, тетя.

       — Да, очень плохо. Некоторые из них даже днем при свете занимаются сексом. Но ты, Эрик, не такой, ты просто, как оазис в пустыне.

Племянник густо покраснел и заморгал, как девица.

       — Ах, поскорее бы тебя женить, Эрик.

       — Рано мне жениться, тетя. Для меня на первом месте учеба. Да, и неказист я, и молод еще…

       — Так, жена тебя и состарит.

       — Мне бы, тетя, ума понабраться. На ноги встать. Жизненный опыт приобрести.

       — Придет время, понаберешься, встанешь, приобретешь.

       — Надо ещё материально окрепнуть. Специалистом стать хорошим, нужным и полезным для общества…

       — Так-то оно так, — согласилась старушка. — Только вот, помру я и не увижу твоей суженой.

       — Не говорите так! Пожалуйста, не говорите.

       — Как хочется посмотреть на счастливую обладательницу такого мужа, как ты, Эрик. Потусоваться на вашей свадьбе, бухнуть…

       — Тетя, приготовить вам ужин?

       — Каши немного, — миссис Мэри Адамс громко чихнула и высморкалась в платок.

       — Хорошо, тетя. Сейчас я кашку приготовлю, и ваш любимый чай заварю, — племянник пулей устремился на кухню.

       «Как он старается… Какое рвение… Побежал готовить, аж, чуть башку в дверях не расшиб… Да, таких молодых людей нынче днем с огнем не найти… Редкий, очень редкий экземплярчик…» — подумала больная старушка.

                                    *                     *                     *

         На следующий день 26 марта 2038 года в 10:30 утра Нора Хайман, как и обещала, пришла навестить свою подругу. Она открыла входную дверь ключом, который на время болезни дала ей Мэри Адамс. В спальной комнате Нора Хайман увидела мертвую миссис Адамс, лежащую на полу рядом с кроватью.

 

27 марта 2038 года 

Лондон  Нью Скотланд-Ярд

       Бобби Кларк прикрыл за собой бронированную дверь и вошел в кабинет дивизионного комиссара Джеймса Хью.

       — Добрый день, шеф. Вызывали?

       — Привет, проходи, садись. Сейчас придет сержант Кук. Он ведет дело некой миссис Мэри Адамс. Причина смерти: отравление. Или это убийство или самоубийство. Если убийство, нужно срочно разыскать убийцу. Срочно. Потому что подруга жертвы — божий одуванчик, со вчерашнего дня и сегодня утром ловит меня у входа в Скотланд-Ярд, хватает за рукав и требует: «Вы должны найти убийцу. Найти и отправить на виселицу, а перед этим хорошенько помучить его в застенках Скотланд-Ярда». Это я прослушал, как минимум, раз тридцать. Еще немного, и я просто взорвусь…

       Шеф никогда не терявший хладнокровия в любых экстремальных ситуациях; шеф сотни раз, не моргнув, смотревший в лицо и не только в лицо смерти; шеф — человек-легенда, в данном случае был на пределе.

       — Вот такое мнение в народе о полиции. Многие люди думают, что у нас тут в подвалах дыба, испанский сапог… — Бобби Кларк сочувственно покачал головой. — Вы, шеф, уже можете писать мемуары «В застенках Скотланд-Ярда».

       — Шутки в сторону. Познакомься с делом и сегодня же раскрой его, иначе подруга умершей добьет меня.

       —  Шеф, но с сегодняшнего дня я в отпуске, и сегодня в одиннадцать часов вечера мы с женой вылетаем из Хитроу в Геленджик по горящей туристической путевке…

       Дивизионный комиссар Джеймс Хью нахмурил брови и посмотрел на свои наручные часы с трещиной на пуленепробиваемом стекле: — Сейчас только десять утра, до вечера у тебя еще масса времени. Раскроешь дело и лети отдыхай. Я бы сам включился, но весь день расписан буквально по секундам…

       Бронированная дверь открылась, и на пороге кабинета по стойке «смирно», чуть задрав острый подбородок, застыл сержант Кук:

       — Вызывали, сэр?!

       — Заходи, дорогой, — шеф приветливо кивнул. — Садись, в ногах правды нет, а где она есть, никто не знает.

       Сержант был очень молод и очень гладко выбрит. Пуговицы на его полицейской форме блестели, туфли сверкали, глазами он жрал начальство.

       — Сержант, прямо здесь и сейчас познакомьте детектива Кларка с делом, которое ведете. Уверен, что вы быстро его раскроете, — шеф легко поднялся из-за стола и поправил кобуру подмышкой. — Ну, мальчики, надеюсь на вас, а я поехал на встречу с министром юстиции.  

       — До свидания, сэр, — почти одновременно ответили Бобби Кларк и сержант Кук.

       Дивизионный комиссар Джеймс Хью еще не закрыл за собой дверь, а сержант уже начал докладывать Бобби Кларку:

       — Вчера утром в 10:30 миссис Нора Хайман пришла навестить свою подругу Мэри Адамс, которая проживала одна. Миссис Адамс в течение пяти дней болела ОРЗ с высокой температурой, и Нора Хайман в дневные часы за ней ухаживала. Миссис Хайман открыла входную дверь ключом, который отдала ей миссис Адамс, поднялась на второй этаж в спальню Мэри Адамс, где увидела мертвую хозяйку дома, лежащую у кровати. Миссис Хайман вызвала полицию. На вскрытии выяснилось, что смерть Мэри Адамс наступила накануне вечером — 25 марта в промежутке от десяти до двенадцати часов ночи, причина смерти: отравление.

       — Крысиный яд? — детектив Кларк расстегнул верхнюю пуговицу на рубашке, ослабил и децентровал узел галстука.

       — Нет, яд из группы фосфорорганических соединений.

       — Это покруче, покруче… Каким путем совершено отравление?

       — Эксперты утверждают, что через пищу или просто человек выпил отраву.

       — Как быстро могла наступить смерть? — Бобби Кларк достал пачку сигарет.

       — Это зависит от количества принятого яда… Так вот, на кухне на столе стоял флакон с жидкостью для травли клопов и тараканов. Сосуд был на одну треть пуст. Токсикологи установили, что жидкость вполне могла быть причиной смерти. На флаконе обнаружены отпечатки пальцев самой Мэри Адамс, её  племянника Эрика Вэрнса и еще двух не установленных лиц.

       — Вы допросили по этому поводу Эрика Вэрнса?

       — Да, племянник объяснил, что почти месяц назад купил это средство для борьбы с тараканами по просьбе тети, но применяла ли жидкость тетя, не знает. Племянник говорит, что когда уходил от тети, флакона на столе в кухне не было, — с этими словами сержант Кук полез во внутренний карман пиджака и достал оттуда темно-желтый флакон. — Вот, вчера вечером я купил такой же в магазине. Чтобы незаметно кого-нибудь отравить, эту жидкость бесполезно добавлять в пищу. Человек сразу уловит неладное. Вы только понюхайте…

       Сержант свинтил пробку и протянул флакон детективу. Едва Бобби Кларк поднес емкость к лицу, как в нос ему ударил тошнотворно-приторный запах.

       — Ну и вонища… — согласился Бобби.

       — Получается, что старушка, по-видимому, из-за болезни, подъема температуры тела и немолодого возраста впала в депрессию и, когда осталась одна, наложила на себя руки, приняв отраву. Правда, её подруга миссис Нора Хайман утверждает, что миссис Мэри Адамс не собиралась покончить жизнь самоубийством… А с другой стороны, если бы не запах, то самое-то такую жидкость в еду, коли задумал кого извести. Самое-то!

       — Это почему, самое-то? — изумился Бобби Кларк.

       — Я решил вчера поэкспериментировать, ну, и накапал себе на  язык чуть-чуть. Так вот, жидкость эта совсем без вкуса, как вода. Потом я, конечно, выплюнул.

       — Что удалось узнать о покойной, ее подруге и племяннике?

       — Миссис Мэри Адамс, 1965 года рождения. Работала секретаршей в фирме производящей детские игрушки. В 1991 году вышла замуж за референта торгового консульства и долгое время вместе с мужем жила в Шанхае и Пекине. Супруг умер семь лет назад, и вскоре после этого миссис Адамс вернулась из Китая в Лондон… Подруга умершей — миссис Нора Хайман, познакомилась с Мэри Адамс почти сорок лет назад, потом они долго переписывались пока миссис Адамс жила в Китае, и встретились снова пять лет назад уже здесь в Англии.

       — Хорошо, а что известно о подруге умершей? — детектив Кларк прикурил сигарету.

       — Миссис Нора Хайман в прошлом преподаватель математики в престижном частном колледже. Она имеет безупречную репутацию. Её характеризуют как очень строгую, но очень справедливую учительницу. Когда отменили наказания детей розгами, так сильно переживала, что у неё даже случился затяжной гипертонический криз…

       — А племянник миссис Адамс?

       — Племянник Эрик Вернс. Он тоже во время болезни ухаживал за своей тетей и вечером 25 марта был у нее в доме. Он приготовил ей на ужин манную кашу и уехал к себе в общежитие, примерно, в девять часов вечера. Я проверил, действительно, в половине десятого несколько человек видели Вернса уже в общежитии, которое он не покидал до 8:00 утра следующего дня…        

       — Что удалось выяснить о племяннике?

       — Ему двадцать лет, родился и жил в Ливерпуле, год назад поступил в Лондонский университет на химический факультет и переехал в Лондон. Родители погибли, попав под снежную лавину в Гималаях, когда ему было восемнадцать лет. В деканате Университета его характеризуют очень хорошо: не пьет, не курит, избегает шумных компаний и девиц легкого поведения, весь в учебе, с большим уважением относится к профессорско-преподавательскому составу, — сержант Кук замолчал и выжидательно-подобострастно посмотрел на лейтенанта.

       — Кто по завещанию наследник миссис Адамс?

       — Единственный наследник Эрик Вернс.

       — Отлично. Единственный наследник просто пай-мальчик из церковного хора… Да, заботливый племяш у тети, заботливый… — задумчиво произнес Бобби Кларк. — Значит, учится хорошо, не пьет, не курит и по девкам не бегает… А мотив-то старый — наследство… Да, умен, умен, но не профессионал… Вот с флаконом намудрил… А ведь все это от самоуверенности, от переоценки себя… Не хотел ждать милости от природы. Зачем ждать, если получение наследства так легко можно ускорить… Миссис Адамс действительно попросила племянника купить средство от тараканов, он купил, передал ей флакончик, видел, что она его в руках держала. Позже понюхал содержимое, тоже на язык попробовал, запомнил, что отрава оказалась вонючая, но безвкусная. Ну, а когда наступил момент удачный, в пищу яд подлил, тем самым ускорив получение вожделенного наследства. Перед уходом флакончик на видном месте на кухне оставил, подкидывая нам идею о самоубийстве старушки. Думал, никому и в голову не придет, что такую вонь можно в пищу добавить, чтобы незаметно отравить человека… Как все это примитивно…

       — То есть, как незаметно отравить? А запах-то, запах, вонь ведь страшенная?.. — изумился сержант Кук.

       — Запах? Так у бабули ОРЗ. Насморк, нос у старушки заложен — момент для отравления удачный,  — устало пояснил Бобби Кларк.

       — Точно! Насморк! — восторг и восхищение охватили сержанта, но он вдруг спохватился. — Нет, это ж надо, племянник завалил родную тетю, как большое вредное насекомое, средством для травли клопов и тараканов…

       — Да, вот такой цинизм и вероломство.

       — Так он, наверное, и на химический факультет поступил не случайно. Его, наверное, с детства к ядам тянет… — предположил молодой детектив.

       — Связать химический факультет Лондонского Университета с тягой к ядам это сильно, сильно. Мне нравится полет вашей мысли, сержант… — сказал детектив Кларк, подошел к молодому коллеге и по-дружески похлопал его по плечу. — Вы племянника арестуйте. Думаю, он сегодня же и расколется под орех. Интеллигенты, в отличие от рабочих и фермеров, очень легко раскалываются.

       — А если колоться не будет, мы его на детектор лжи посадим и в вену ему «сыворотку истины» введем, — оживился молодой детектив.

       — Да, у нас тут много чего можно придумать… — устало сказал Бобби Кларк и ему невольно вспомнились слова старушки про застенки Скотланд-Ярда.

                                  *                     *                      *

       До выезда в аэропорт оставалось чуть больше часа, когда у детектива Кларка зазвонил мобильный телефон, и он услышал знакомый голос сержанта Кука:

       — Сэр, племянник исчез из Лондона, как сквозь землю провалился. Мы объявили розыск.

       — Перепугался видно, запаниковал, что его вычислят… Далеко не уйдет ботаник, — успокоил коллегу Бобби Кларк.

       — Да, сэр, но я еще хочу вам сказать, что я тут у себя дома поэкспериментировал. Тоже манную кашу сварил и налил в нее грамм пятьдесят-семьдесят отравы из флакона. Так вот, жидкость-то оказывается зеленого цвета, и каша тоже позеленела. Вряд ли бабуля, даже с насморком, эту зелень стала бы есть.

       Детектив Кларк тяжело вздохнул, посмотрел в окно и устало произнес:

       — Сержант, старушка долгие годы прожила в Китае, а там свои обычаи, свои нравы… У меня такое чувство, что у нее на кухне вы наверняка найдете…

   Вопрос:          Что найдет сержант на кухне убитой бабушки и как это объяснит произошедшее убийство?

Зеленый чай

Живец Л М

Дело №13 Охота на живца без подстраховки

Живец Л М

2 ноября 2039 год.

Лондон. Нью-Скотланд Ярд.

Кабинет дивизионного комиссара Джеймса Хью

       — Добрый день, шеф… — поздоровался детектив Кларк, заходя в кабинет дивизионного комиссара Джеймса Хью.

       — Привет, проходи, присаживайся… От души поздравляю с успешным выступлением на Всемирном чемпионате полицейских по стрельбе из пистолета.

       — Спасибо, но, к сожалению, я занял только второе место.

       — К сожалению?.. — хозяин кабинета удивленно вскинул брови.

       — Говорят, второй на соревнованиях, это первый среди проигравших.

       — Какая глупость! Это говорят не слишком умные люди, — дивизионный комиссар поправил кобуру подмышкой. — Человек слаб, а золотые медали и первые места располагают к гордыне. При этом гордыня самый тяжкий грех.

       — Интересный подход. Я подумаю над этим.

       — Именно второе место — золотая середина между первым и третьим. После второго места есть к чему стремиться, куда расти, а первое место это потолок. В лучшем случае просто тупик, в худшем — классическая триада: апатия, абулия, адинамия и, как итог, полная потеря смысла жизни.

       — Жуть-то, какая… — детектив Кларк в сердцах хлопнул себя по ляжке. — Хорошо, что я не занял первое место. Следующий раз откажусь от участия в соревнованиях, скажу, что после контузии на голову слабый или живот крутит…

        Дивизионный комиссар  посмотрел на свои наручные часы с трещиной на пуленепробиваемом стекле:

       — Теперь о делах. К нам обратились ребята из Космического Отдела полиции. Надо слетать в командировку.

        — За пределы Земли? И куда лететь?

        — На планету в созвездие Орион. Там нашими астронавтами были обнаружены гигантские залежи протеиновой слюды. Для народного хозяйства этому веществу просто цены нет. Протеиновую слюду можно использовать почти везде: в ракетостроении, в кулинарии, в стоматологии, в качестве удобрения на полях… — шеф поправил кобуру подмышкой. — Поэтому забросили на планету партию вахтовиков. Двенадцать человек: инженеры-наладчики, маркшейдер, минералог, разнорабочие. Их задача была подготовить базу для дальнейшей добычи и переработки  ценного сырья. Возглавлял группу главный инженер. Поселили по одному в специальных домиках-станциях. Люди приступили к работе, но на пятые сутки началась серия загадочных, садистских убийств. Жестоко убито четыре человека. Как только это стало известно, все оставшиеся восемь человек были в срочном порядке эвакуированы на Землю.

        —  У кого-то из вахтовиков началась хижинная лихорадка или развился реактивный параноид в условиях изоляции, — Бобби Кларк расстегнул верхнюю пуговицу на рубашке, ослабил и децентровал узел галстука.

        — То, что сделано с вахтовиками, обычному человеку сделать не по силам. Они были буквально растерзаны на части: у них оторваны головы, руки и ноги.

        — Кошмар… Настоящий кошмар… Эта планета обитаема?

        — Не все так просто. Когда на планету прибыл первый космический корабль с Земли, наши астронавты обнаружили, что планету населяет небольшая колония разумных человекоподобных гуманоидов, приспособившихся к хлорной атмосфере планеты. Они вели первобытнообщинный образ жизни, жили дружной коммуной и питались протеиновой слюдой. Так вот, когда прибыла вторая экспедиция с Земли, все гуманоиды были жестоко растерзаны.

        —  И сколько было гуманоидов на планете? — спросил Бобби Кларк.

        —  Немного, сотни две. И все жестоко убиты: тоже оторваны руки, ноги и головы. Так что на этой планете появилось нечто с преступными и садистскими наклонностями. Возможно, этот монстр-садист сам прилетел туда откуда-то из Вселенной. Возможно, не один…

        — Кошмар, настоящий кошмар, — задумчиво повторил Бобби Кларк.

        — Из всех вахтовиков, кто подвергся нападению, есть один человек, оставшийся в живых. Это бульдозерист-бурильщик Семон Стар. Но он ничего вразумительного рассказать не может, так как сошел с ума и все время твердит: «Оно напало и хотело меня убить. Оно хотело меня убить». Бульдозериста нашли в его микростанции в состоянии сильного алкогольного опьянения. Он махал руками, показывал на входную дверь и трясся от страха. На Семёна постоянно жаловались, что он выпивает даже в рабочие смены, а однажды, перепив, он заснул с непотушенной сигаретой, что едва не привело к серьезному пожару в его микростанции.

        — И ведь он как-то прошел отбор на работу на другой планете, — лейтенант Кларк пожал плечами. — Куда смотрят в отделе кадров НАСА?..

        — А теперь, самое тревожное в этом деле, — дивизионный комиссар раскурил погасшую трубку. — Во всех случаях жертвы почему-то сами впускали убийцу внутрь станции, а потом безуспешно оказывали активное сопротивление. Присутствуют явные следы борьбы внутри четырех станций, при этом главный инженер даже использовал табельное оружие, которое полагалось ему по инструкции.

        —  Но это его не спасло?

        — Увы. Он разрядил всю обойму своего пистолета в нападавшего, но, по-видимому, совершенно безрезультатно. На полу в его микростанции обнаружены расплющенные пули, как будто он стрелял в пуленепробиваемую стену.

        — Кошмар… Настоящий кошмар… И мне надо туда лететь…

        — Тебя доставят на планету и оставят там одного. Дней на семь, а потом заберут. За это время ты должен разобраться, что там произошло.

        — Монстр-садист отрывает всем головы, руки и ноги, а сам неуязвим даже для огнестрельного оружия. Так как же его тогда вырубить?  

        — Прихвати с собой что-нибудь из нетрадиционного оружия.

        — Например?

        — Например, кистень. Можешь взять его под расписку в нашем музее истории криминалистики… — дивизионный комиссар нахмурил брови. — Да, тварь эта суперопасна и хитра, но слабое место — мертвая точка, у нее должна быть, как у всего живого. И твоя задача найти эту мертвую точку и ударить первым.

        —  Надеюсь, что с планеты меня заберут целиком, а не по частям.

        — Останешься один, и начнется охота. А тебе предстоит сыграть роль живца. Это будет охота на живца без подстраховки, так сказать высший пилотаж оперативно-розыскной работы, — дивизионный комиссар был крайне встревожен. — Не нравится мне это дело. Ох, не нравится. Возможно, через пару дней я тоже вылечу вслед за тобой.

        — Ну, что вы, шеф! У вас так много работы здесь, на Земле. Я справлюсь, возьму с собой кистень из музея. Врежу ему кистенем…

        —  Ты, главное, не паникуй, и жизнь сама подскажет тебе правильное решение… Помолчим на дорожку.

        Пару минут детектив и дивизионный комиссар сидели молча.

        Первым поднялся шеф. Прощались молча и быстро, крепко по-мужски пожав друг другу руки.

                                    *                    *                     *

 

 

Созвездие  Орион.   

Планета    553/2407 СКWW

        Детектив Роберт Кларк стоял в микростанции у окна и наблюдал, как медленно взлетает космический корабль, доставивший его на злополучную планету. Вернутся за ним только через восемь земных суток. Смеркалось и вечерело одновременно. За бронированным стеклом на фоне безжизненной каменной пустыни, в едкой хлорной атмосфере невесело накрапывал кислотный дождь.

        «Охота на живца без подстраховки началась», — грустно подумал Бобби, подошел к столу и выложил из сумки пистолет системы Беретта М 92FS. и кистень, взятый под расписку из музея истории криминалистики Скотланд-Ярда. Потом он аккуратно достал целлофановый пакет с домашними пирожками и вареной курицей, изготовленными в дорогу тетей Полэт и супругой Марлен. Оружие было помещено на столик, а продукты питания в холодильную камеру.

        Все убранство жилого отсека составляли два довольно-таки жестких кресла, раскладная кровать, видеомагнитола, плита СВЧ, холодильник, ящик с законсервированными продуктами и напитками, допотопный торшер и пульт управления жизнеобеспечения станции. Герметичная дверь отделяла второй — переходной отсек, где располагался крошечный санитарный узел, и где полагалось снимать или надевать скафандр, а далее следовал отсек уже для входа-выхода на поверхность планеты.

        Бобби Кларк рухнул в кресло и тупо посмотрел на оружие на столе.

        «Монстр-садист неуязвим даже для стрельбы из пистолета почти в упор?.. А может быть… Может быть он уже здесь, в станции? — холодок пробежал у детектива Кларка между лопаток и спустился вдоль спины вниз. — Не паникуй… Думай… Что ему на этой планете надо?.. Просто садист?.. Просто ему нравится отрывать головы, руки, ноги… Возможно, у каждого свое хобби… Залетный гастролер с другой планеты?.. А мы… Мы тоже с другой планеты… Что нам здесь надо?.. Нам нужна протеиновая слюда… А что, если ему она тоже нужна?.. Зачем?.. Может быть он ее ест… Возможно… Тогда ему лишние рты ни к чему… Вот и загубил вначале местных, потом наших людей… Бесчеловечно, но логично и практично… Теперь вся протеиновая слюда его… Возможно, весьма возможно… Стоп, а почему уцелел бульдозерист-бурильщик? А что, если монстр-садист не просто не успел уничтожить остальных восемь человек, а не захотел их убивать, как бульдозериста Семона Стара?.. Почему он не убил Семона?.. Почему оставил в живых восемь вахтовиков?.. Или просто не успел загубить остальных, и их успели вывезти на Землю?.. Эх, иметь бы точный хронометраж всех убийств на станциях… А может главный инженер все-таки ранил гада?.. Может тяжело ранил?.. Не факт… Все четверо убитых сопротивлялись, и им это не помогло… Стоп, кистень они не использовали… Шарахну гаду кистенем между ушей и… А если у него нет ушей?.. Возможно… Тогда нехорошо… Тогда фатально… Стоп… Думай… Монстр убил всю коммуну гуманоидов… Кстати, почти идеальных существ на уровне первобытнообщинного строя… Потом убил наших четырех человек… А бульдозерист Стар остался жив… Почему бульдозерист уцелел?.. Монстр его просто пожалел?.. Возможно… Как там у Шекспира: «На свете зверя нет, чтоб жалости не знал…» Нет, маловероятно… «

        Тревога охватила детектива Кларка, и сразу же ему захотелось выпить и закурить. Бобби подошел к ящику с провиантом и напитками, достал бутылку виски, поставил ее на стол. Из кармана комбинезона детектив вытащил нераспечатанную пачку сигарет «Космос» и зажигалку.

       «Стоп… Нельзя… Ни капли спиртного… Надо быть в форме… И с куревом я пока держусь… — Бобби бросил на столик пачку сигарет, зажигалку и опустился в кресло. — Думай… Гуманоиды… Бульдозерист Стар… Четверо убито… И как убито… Здоровый должен быть кабан, чтобы отрывать у людей головы и конечности… Здоровый… И пули его не берут…»

        Двенадцатичасовой перелет на космическом корабле в искусственно созданном волновом гиперпространстве дал о себе знать. Детектив Кларк почувствовал сонливость. Он взял пистолет, послал патрон в патронник, поставил флажковый предохранитель на положение «выключено» и вместе с кистенем положил его под подушку. Заснул детектив сразу, не раздеваясь.

        Утром Бобби Кларк только приоткрыл глаза, и тревога снова охватила его сознание и тело. Он встал, умылся. Далее последовал завтрак без аппетита, и опять начались тяжелые раздумья, полные дедукции и индукции.

        «Человекоподобные гуманоиды жестоко уничтожены… За что?.. Они ведь были лишены каких-либо пороков … А вот алкоголик бульдозерист Семон Стар остался жив… А что если?.. Если уцелел он только потому, что был сильно пьян и не оказывал сопротивления?.. Возможно… Не сопротивлялся и остался жив… Это интересная мысль… Это важно… А остальных восемь человек вывезли с планеты до того, как на них напали?.. Нет… что-то не то… Чем могли отличаться убитые от оставшихся в живых?.. Да, ничем… Люди, как люди… Алкоголик Стар… Семон Стар бульдозерист… Убитые, живые, а между ними сошедший с ума бульдозерист… Что-то не то… Думай…»

        День тянулся мучительно долго, его сменила тревожная ночь, а потом начался новый день.

        На третью ночь во сне Бобби Кларк увидел дивизионного комиссара Джеймса Хью. Шеф ходил где-то по зеленой лужайке, много курил и долго рассуждал о жизни, о любви, о человеческой гордости. Фактически это был сон-монолог. Проснулся детектив с тяжелой головой, не почувствовав себя отдохнувшим.

        После обеда Бобби уже привычно опустился в кресло. Из-за длительного стресса и бездействия он начал терять чувство времени и реальности, когда на фоне безжизненной, каменной пустыни за окном заметил дивизионного комиссара Джеймса Хью.

        Шеф стоял за окном микростанции в темно-вишневом костюме, как в последнем сне. Сходство было феноменальным. Бобби ощутил, как разом пересохло во рту, вспотели ладони, а в животе залетали бабочки. Его правая рука метнулась к кистеню на столе.

        Дивизионный комиссар никак не отреагировал на движение детектива Кларка и продолжал через стекло пристально смотреть ему в глаза. Бобби понял, что охота на живца без подстраховки вступила в завершающую фазу.

        “Что это?.. Нечисть явилась в облике шефа… А вдруг… А вдруг это сам шеф?.. Он же хотел вылететь сюда…  Нет… Этого не может быть… Человек без скафандра и минуты не протянет на этой планете… Стоп, ты же знаешь, что шеф может всё… Нет… только не это… Нет… Это ловушка… Это не шеф… Это нечисть… Это монстр-садист в облике шефа… Не паникуй, найдешь выход… Спокойно… Что это значит?.. Это значит… Ночью мне приснился шеф, и вот нечисть смоделировала его… Значит, подлая тварь обладает телепатическими способностями и может перевоплощаться в отсканированный образ из сновидений человека… Ребята этого не знали и открывали двери микростанций, впуская внутрь замаскировавшееся под их знакомых чудовище… Стоп, у этого шефа нет в руке неизменной трубки, а во сне шеф все время курил… Почему этот без трубки?.. Точно, во сне шеф был с трубкой… А этот без трубки… Почему?.. Что это значит?.. В остальном точная копия… Даже жутко… Думай…”

        В это время псевдошеф за окном кивнул головой в сторону, где находился входной люк. Детектив Кларк понял, что нечисть требует впустить его внутрь станции.

        — Ну, конечно, сейчас, разбежался, — тихо произнес Бобби Кларк, сильнее сжимая в руке кистень. — Не открою… Просто не буду открывать и все… Я на эту ловушку не попадусь… Не открою, я знаю, ты не шеф… Шеф далеко на Земле… Не открою…

        Псевдошеф снова кивнул головой, на этот раз более категорично.

        “Не открою… Стоп… Почему он без трубки?.. Черт, а лицо, глаза… Все остальное, как у шефа…”

        И тогда существо в облике дивизионного комиссара, начало стучать кулаком в окно. Стучало медленно, методично, не отводя взгляда от детектива Кларка. При этом сила каждого последующего удара заметно возрастала. Бобби застыл на месте, пораженный происходящим. Последовал очередной страшный удар, и на специально-бронированном стекле появилась небольшая трещина.

        “Вот что… Нечисть обладает огромной силой… Если не открою, сломает стекло… Разгерметизация… Хлорная атмосфера… Я без скафандра… Абзац”, — понял Бобби Кларк и отчаянно замахал руками, останавливая  стучащего.

        Существо в облике Джеймса Хью сразу же прекратило разрушительные действия, явно ожидая, что ему откроют дверь станции.

        Детектив Кларк приблизился к пульту управления жизнеобеспечения станцией и дрожащим пальцем нажал клавишу “ВХОД”. Псевдошеф медленно отошел от окна и направился в сторону входного люка.

        “Абзац… Всем отрывает голову и конечности… Начнет с головы или с конечностей?.. Наверное, с конечностей, так больнее… Сейчас зайдет сюда и абзац… Полный абзац… Стоп, пока монстр будет переходить из отсека в отсек, у меня есть пара минут… Думай… Быстро думай… Жив же остался бульдозерист Семон Стар… Живые еще восемь человек… Почему он без трубки?.. Ну же… Думай… Быстро сопоставь все… Гуманоиды жили в первобытнообщинном строе…”

        Тихо хлопнул входной люк. Пауза в несколько секунд и похожий звук сопроводил псевдошефа во втором отсеке станции. Бобби Кларк попятился в дальний угол, чуть отвел в сторону кистень.

        “Не дамся…” — мелькнула у него безрадостная мысль.

        В этот момент дверь открылась, и в жилой отсек не спеша, по-деловому вошел дивизионный комиссар Джеймс Хью. Он остановился у порога и внимательно посмотрел на Бобби Кларка.

        Псевдокомиссара и детектива из Скотланд-Ярда разделяло метра четыре.

       “Точная копия шефа… Все… Абзац… Почему ж ОН без трубки… А что если… если он…” — додумать Бобби не успел, потому что с дивизионным комиссаром начало твориться что-то невероятное. Шеф стал вспучиваться-набухать изнутри, увеличиваться в размерах. Одежда и кожа рвались и лопались, монстр вырастал под потолок станции, руки и ноги приобретали вид стальных лап с большими клешнями, а бочкообразное туловище было покрыто толстыми хитиноподобными пластинами. Голова чудовища напоминала усеченный металлический конус, два недобрых глаза располагались за толстыми то ли стеклами, то ли очками, из приоткрытой пасти вызывающе торчали четыре клыка, а между ртом и глазами красовалась пара дырок, по-видимому, выполнявших важную функцию ноздрей. Уши отсутствовали. Шея тоже. Голова сразу переходила в грудь. Монстр являл собой невообразимый гибрид робота, с каким-то огромным насекомым.  

        “Елы-палы… Да такое, даже в сыпнотифозном бреду не привидится… Пулей его не возьмешь… И кистенем тоже…” — с ужасом подумал Бобби Кларк. “Так вот, как он выглядит на самом деле… И смотрит, гад, волком… Абзац… Всем отрывает головы и конечности… А что если… если он не переносит…”

        Монстр заскрипел, как очень давно несмазанная телега,  и сделал первый шаг для сближения с человеком.

        «А если он просто не переносит?..

 

 

          

 Вопрос:             Что не переносит монстр, и как детектив Кларк решил этим воспользоваться?

… Да, похоже… Пришел под видом шефа, но без трубки… Гуманоиды без пороков… Жившие в первобытнообщинном строе, естественно, не пьющие, не курящие гуманоиды все уничтожены, а аморальный бульдозерист жив… И некоторые люди тоже остались живы… Может быть, остались в живых те, которые курят?.. И употребляют спиртные напитки?.. Шеф без курительной трубки… Очень похоже, что эта нечисть не переносит…» — детектив Кларк по-молодецки заткнул кистень за голенище сапога, подскочил к столу, схватил пачку сигарет и зажигалку.

        Чудовище явно напряглось. Когтистая лапа потянулась вперед, но не достала Бобби. Детектив рывком открыл пачку, вытащил сигарету, быстро прикурил и, не затягиваясь, выпустил дым в сторону незваного гостя. Монстр сразу же, почти по-человечески, замотал головой и стал отмахиваться от дыма обеими лапами-клешнями.

        «Не переносит, падла… Точно, не переносит табачный дым…» — детектив Кларк принялся учащенно обкуривать чудовище. Когда от сигареты оставалось меньше половины, монстр, продолжая размахивать верхними конечностями, отступил, сделав шаг назад.

        —  Не нравится?! Ах, какие мы нежные… — сказал Бобби, прикуривая вторую сигарету от первой, и решительно идя на сближение с подлой тварью.

        Монстр начал тихо покашливать и задыхаться, как больной бронхиальной астмой. Движения головой и лапами-клешнями становились все реже и реже.

        «Так он, наверное, и алкоголь не любит… Надо ему еще спиртного добавить… К табачку спиртного ему еще, спиртного…» — подумал Бобби Кларк, ухватил со стола бутылку виски, мигом свинтил крышку, набрал полный рот жидкости и, как из пульверизатора, выдул-распылил ее в слабеющего агрессора.

        Монстр тут же повалился на бок, хило отмахиваясь уже только одной лапой-клешней, одышка у него заметно усилилась.

        — Ты уж извини, дружище, что виски безо льда и без содовой… Как-нибудь в другой раз… — твердо пообещал детектив Кларк.  Он вплотную подошел к поверженному чудовищу и начал чередовать: то выдыхал дым табачный, то выплевывал очередную порцию виски. После пятой порции виски в морду, лапа-клешня подлой твари бессильно упала на пол.

        — Рука бойца махать устала, — прокомментировал Бобби Кларк, наклонился и затолкал еще тлеющий окурок прямо в левую дыру-ноздрю задыхавшегося чудища.

         Монстр мелко задрожал, выгнулся дугой, пустил изо рта зеленую, зловонную пену, издал странный, чавкающий звук и замер.

         Прошла минута полная драматической тишины. Чудовище лежало на полу без признаков жизни. Бобби присел на корточки и поискал пульс на лапе-клешне. Клешня была холодной, тяжелой, твердой, как металл, и скользкой. Пульс отсутствовал.

         Детектив из Скотланд-Ярда Бобби Кларк сокрушенно покачал головой, изрядно отхлебнул из бутылки остатки виски, достал из пачки сигарету и произнес:

        — На такой работе, разве можно бросить курить…

Врангель Л М

Дело №12 Суровый край

Врангель Л М

28 октября 2039 год.

Лондон. Квартира Бобби Кларка.

 

         Поздним субботним утром детектив из Скотланд-Ярда Бобби Кларк и его супруга Марлен Ли завтракали у себя дома.

       — Представляешь, Роберт, — сказала Марлен. — Вчера вечером, когда ты с коллегами брал банду наркоторговцев, по телевидению в передаче «Удивительные истории» рассказали о невероятно интересном случае, который произошел почти пятьдесят лет назад.

       — Не представляю, что интересного могло случиться пятьдесят лет назад, — удивился Бобби Кларк и отправил в рот кусок жареного бекона.

       — А вот послушай. В сентябре 1991 года на острове Врангеля, это очень суровый край…

       — Я знаю, это остров в Северном Ледовитом океане.

       — Так вот, в сентябре 1991 года на острове Врангеля из действующих объектов оставалась только одна метеорологическая станция, и на ней работали три метеоролога.

       — Трое мужчин фактически в изоляции на острове? Звучит многообещающе, — детектив Бобби Кларк кивнул. — Очень многообещающе. Их изоляция могла вылиться в целую кучу тяжких и особо тяжких преступлений… Смотря, что они там учудили… Надеюсь, обошлось без групповухи и каннибализма?

       — Роберт, ты можешь просто послушать про очень интересное происшествие?

       — На Севере всякое случается. У сотрудников станций часто возникает так называемая хижинная или камерная лихорадка. По научному острый реактивный параноид в условиях изоляции. Проявляется вспышками немотивированной агрессии и насилия… При сильном переохлаждении бывает эффект «спрятаться и умереть» или «парадоксальное раздевание»… Ещё в этих местах нередко возникает мрачный феномен, который народы Севера называют «зов Полярной звезды», в живых вообще никто не остается… — Бобби Кларк промокнул губы салфеткой. — Кстати, обычно метеорологи ребята не плохие, просто у них культуры маловато.

       — Если ты будешь меня перебивать, я сейчас такое не расскажу…

       — Умолкаю и внимательно слушаю тебя, — твердо пообещал детектив Бобби Кларк. — И что произошло на острове Врангеля в 1991 году?

       — Так вот, в сентябре 1991 года на острове Врангеля из действующих объектов оставалась только метеорологическая станция и на ней работали три метеоролога. А на материке, в поселке Полярный русские нефтяники или геологи планировали доставить воздухом большой груз из поселка Полярный на остров Врангеля… Или нет, наоборот, планировали доставить груз с острова Врангеля на материк в поселок Полярный… Или с острова Врангеля доставить груз на какой-то другой остров…

        — Я примерно понял, надо было доставить большой груз большим вертолетом.

        — Да. Для этого откуда-то из Сибири в поселок Полярный, чтобы транспортировать этот груз, прилетел огромный такой, прямо гигантский вертолет. Даже не вертолет, а вертолетище. У него было два гигантских винта. Марку вертолета говорили, но я не запомнила.

        — Жаль, конечно, что ты не запомнила марку вертолета, — Бобби Кларк отправил в рот второй изрядный кусок бекона. — Но ладно, рассказывай, что дальше было.

        — А чтобы успешно транспортировать груз по воздуху, вертолетчикам нужно было получить метеосводку, какая будет погода в ближайшее время.

        — Логично. Погода бывает и нелетная, особенно в условиях крайнего Севера.

        — И эту сводку должны были передать с метеостанции с острова Врангеля. Но в назначенное для радиосвязи время с метеостанции на связь с поселком Полярный никто не вышел и, соответственно, сводку о погоде не передал. На следующий день тоже никакой информации с острова не поступило. С поселка Полярный неоднократно пытались по рации связаться с метеостанцией, но безрезультатно.

        — Начинает напоминать сценарий фильма-ужасов… Боюсь, без трупов эта история не обойдется, — предположил детектив из Скотланд-Ярда.

        — Не иронизируй. Все забеспокоились, потому что остров Врангеля край суровый… И в конце вторых суток, чудом связались по рации с единственным на острове охотником-оленеводом и попросили его срочно сходить до метеостанции и выяснить, что там случилось.

        — И он, конечно, согласился.

        — Да, охотник-оленевод сразу пошел к метеостанции. Он шел много часов, не отдыхая. Возможно, даже, иногда шел дикими, нехожеными тропами, рискуя жизнью…

        — Ну, край то суровый… — понимающе кивнул Бобби Кларк. — Остров Врангеля это не Багамские острова, на нем не забалуешь.

        — Охотник-оленевод шел почти сутки. Он прошел без остановок 500 километров по сильно пересеченной и непересеченной местности…

        — Марлен, детка, насколько я помню, как выглядит остров Врангеля на карте, с учетом масштаба карты, весь остров километров двести в длину. Ты говоришь, охотник-оленевод прошел 500 километров. Он что кругами по острову ходил? Зачем?

        — Ну, может, я забыла и ошиблась, может он действительно прошел не 500, а 600 или 700 километров…

        — Хорошо, я понял, что дальше было, — сказал Бобби Кларк и принялся за омлет.

        — И наконец, охотник-оленевод пришел к метеостанции и обнаружил там живых и здоровых трех метеорологов. А они рассказали ему, что три дня назад у одного из них был день рождения, и они решили скромно отметить его. Вечером они расположились в вагончике-столовой, и, о ужас, именно в это время на станцию забрел миша!

        — Ужас потому что, Миша это, по-видимому, Михаил — имя русского мужчины серийного маньяка-убийцы, бродящего по острову в поисках очередной жертвы? — предположил Бобби Кларк.

        — Нет, страшнее. Миша это белый медведь. Огромный такой, сильный. И он фактически заблокировал метеорологов в вагончике-столовой. Сообщить о случившемся на материк метеорологи не могли, так как рация, как и ружье, оставалась в здании метеостанции, куда они не могли пройти из-за медведя. Представляешь, медведь почти трое суток не уходил с территории метеостанции, кушал пищевые отходы из мусорного бака, спал около вагончика, снова бродил по территории станции, потом снова…

        — Я понял, потом он снова кушал отходы из мусорного бака и спал.

        — Да, и ушел медведь с территории станции буквально за пять минут до прихода охотника-оленевода. Такой вот суровой край.

        — Это, конечно же, совершенно удивительная история. А медведь оказался просто редкой свиньей, — детектив Кларк доел омлет и промокнул губы салфеткой.

        — Метеорологи на следующий день передали метеосводку на материк, и вскоре на остров благополучно прилетел гигантский вертолет, чтобы забрать огромный груз, и кто-то сделал черно-белую фотографию на память. Её показали в конце телепередачи.

        — Поразительно, ни одного трупа, а интересная история… С хэппи-эндом, её можно и детям рассказать.

        — И знаешь, Роберт, мне показалось, что, несмотря на явную ретушь на фотографии, у всех трех метеорологов видно по синяку под левым глазом. У всех троих, если присмотреться, есть синяк под глазом. Что бы это могло значить?

        — Марлен, детка, вот теперь все стало понятно, — Бобби Кларк откусил овсяную лепешку, бесшумно отхлебнул полчашки кофе, снова промокнул губы салфеткой. — Моя версия такая. Отмечали три метеоролога день рождения и очень крепко выпили, край-то суровый. Из-за этого утром проспали съемку показаний метеоприборов и выход в радиоэфир с метеосводкой, тем самым сорвав очень серьезную и очень дорогую грузоперевозку. Простой такого вертолета стоит немало. Протрезвев и осознав случившееся, они запаниковали, перепугались и со страху придумали отмазку про белого медведя, но охотник-оленевод оказался не только очень выносливым, но и очень сообразительным и расколол их под орех.

        — Расколол? Охотник-оленевод светил им лампой в глаза, пускал табачный дым в лицо, угрожал охотничьим ружьем, проводил очные ставки и перекрестный допрос?..

        — Нет, конечно…

 

 

Вопрос:        Как охотник-оленевод расколол трех метеорологов под орех, и почему у них оказались синяки под глазами?

 

 

Ответ:

 

          — Услышав про медведя, который якобы почти три дня не покидал территорию метеостанции, охотник-оленевод сделал небольшой обход станции и не обнаружил на её территории следов медведя.

          — Ты уверен, что в сентябре там уже был снег? Если ещё не установился глубокий снежный покров, следы могли быть не видны.

          — Марлен, детка, следы бывают разные, в том числе и в виде продуктов жизнедеятельности…

          — Ты имеешь в виду, мишкины какашки?

          — Я это слово за столом не произносил.

          — А как объяснить подретушированные синяки под глазами метеорологов на фотографии?

          — Объясняю. Не обнаружив следов медведя, охотник-оленевод понял, что мужики нагло врут, и что он совершенно зря, выбиваясь из сил, тащился пешком на эту станцию через весь остров. Он вспылил и врезал персонально каждому метеорологу по морде. Сурово, но справедливо. Другой на его месте, мог вообще убить их на фиг…

          — Какой ужас! Им же было больно, — Марлен всплеснула руками.

          — Суровый край, суровые и люди, — устало объяснил Бобби Кларк.

          — Лучше бы я не знала всю правду.

          — Я учту это, когда в следующий раз ты начнешь рассказывать что-то интересное, — твердо пообещал детектив из Скотланд-Ярда.