2 августа. 2041 год.
Лондон. Нью Скотланд-Ярд. Кабинет дивизионного комиссара.
— Добрый день, шеф. Вызывали? — спросил детектив Кларк, входя в кабинет дивизионного комиссара.
— Привет, проходи, присаживайся. Буквально пять минут назад мне позвонил из Амстердама Антонио Кремантини. Ты, конечно, слышал это имя… — дивизионный комиссар Джеймс Хью достал из стола свою любимую трубку.
— Конечно, Кремантини один из лучших адвокатов Европы, который берется только за сверх сложные и резонансные дела, — ответил Бобби Кларк.
— Когда-то очень давно мы вместе учились в Сорбонском Университете…
— Шеф, я всегда думал, что у вас за плечами только Оксфорд и Лондонская Юридическая Академия, — детектив Кларк удивленно вскинул брови.
— Сейчас не об этом… — дивизионный комиссар поправил кобуру подмышкой. — В Амстердаме произошло особо тяжкое преступление, которое совершил крупный банкир и бизнесмен Бенжамин Бартелло.
— Фамилию Бартелло я тоже слышал. Он входит в первую сотню богатейших людей по списку Форбс.
— Так вот, Бенжамин Бартелло убил свою жену, а Антонио Кремантини был другом детства Бенжамина и, естественно, сразу же взялся его защищать, как адвокат.
— Красивый дружеский поступок… — Бобби Кларк расстегнул верхнюю пуговицу на рубашке, ослабил и децентровал узел галстука.
— Однако, полностью признав свою вину в содеянном, Бартелло замкнулся и совершенно не идет на контакт со своим другом-адвокатом. Он просто повторяет: «Это я убил свою жену и готов понести заслуженное наказание». Адвокат не может понять обстоятельства и мотив совершенного преступления и, соответственно, не может выстроить линию защиты.
— Похоже на искреннее раскаяние… — заметил Бобби Кларк.
— Антонио Кремантини очень хочет помочь своему другу, но ему нужна информация — что произошло и почему, — дивизионный комиссар отложил в сторону, так и не зажженную трубку. — Возможно, это имеет отношение к делу, возможно нет. Антонио рассказал мне, что, оказывается, Бенжамин Бартелло из очень древнего мавританского рода. Его дальние предки выходцы из северо-западной Африки и юго-запада Испании.
— То есть, он мавр? — спросил детектив Кларк.
— Чистокровный мавр.
— Но какое это может иметь значение, шеф? Все люди одинаковые. Мы никогда не впадали в ксенофобию, тем более в расизм.
— Это правильно. Тут и сомнений быть не может. Просто есть интересные научные данные по темпераменту… Ты читал последнюю статью нобелевского лауреат Макса Франка в журнале «Scientific American»?
— Нет, шеф…
— Напрасно, широкий кругозор помогает полицейскому в работе, да, и просто в компании легче разговор поддержать… Так вот, Макс Франк убедительно показал в своих последних исследованиях, что прослеживается определенная связь вспыльчивости человека с его генами DRD4 и генами DRD5.
— Это может иметь отношение к темпераменту мавра Бенжамино Бартелло?
— Дело в том, что Бартелло не просто убил жену… Он задушил ее своими руками.
— Как мавр Отелло? — изумился Бобби Кларк.
— Как мавр Отелло. Только это случилось не на театральной сцене, а в реальной жизни и не на Кипре, а в Амстердаме.
Пару минут дивизионный комиссар и детектив сидели молча.
— Жестко. Очень жестко. Давно такого не было… — прервал молчание Бобби Кларк. — Как у них всё просто у мавров, чуть что задушил. Может, можно было просто поговорить с женой или, в крайнем случае, припугнуть, но душить… Все-таки XXI век на дворе…
— У меня цейтнот, — дивизионный комиссар посмотрел на свои наручные часы с трещиной на пуленепробиваемом стекле. — Я через сорок минут должен вылетать в Конго Браззавиль, где председательствую на международном конгрессе по борьбе с подпольной работорговлей.
— Значит, не искоренили ещё работорговлю? — спросил детектив Бобби Кларк.
— Увы. Подпольная работорговля процветает во многих странах, — ответил дивизионный комиссар. — Современный мужчина-раб должен быть сильный, выносливый и смышленый.
— А женщина-рабыня?
— Женщина-рабыня должна быть симпатичная, работящая, знать два-три иностранных языка и уметь хорошо готовить.
— Интересно, а кто и зачем сейчас покупает рабов?
— Разные люди покупают, разные, — дивизионный комиссар тяжело вздохнул. — Кто-то покупает раба для работы на своем садово-огородном участке; кто-то для того, чтобы раб ему диссертацию написал; кто-то, чтобы было с кем поболтать долгими зимними вечерами, а кто-то покупает раба впрок на запасные органы… ХХI век на дворе.
— Какое свинство! — детектив Кларк в сердцах хлопнул себя по ляжке. — Да, как не стыдно? Покупать раба, чтоб было с кем поболтать долгими зимними вечерами!
— Многим из тех, у кого есть большие деньги, чувство стыда неведомо, увы… — с этими словами дивизионный комиссар Джеймс Хью удивительно легко встал из кресла. — Пожалуйста, не откладывая, свяжись с Антонио Кремантини и амстердамским детективом, который ведет это дело, и постарайся разобраться в обстоятельствах преступления. Я уже предупредил Антонио, что ты поможешь.
— Хорошо, шеф… — кивнул Бобби Кларк. — Разберусь и помогу.
Не прошло и двадцати минут, как Бобби Кларк уже беседовал по стереоскайпу одновременно с Антонио Кремантини и детективом амстердамской полиции Ван Пубенсом.
— Джентльмены, пока я располагаю минимумом необходимой мне информации… Даже не знаю имя жертвы…
Адвокат Антонио Кремантини был крупным, дорого и со вкусом одетым мужчиной с благородными чертами лица. Баловень судьбы, любимец публики и женщин, любитель марочных коньяков и, конечно же, гурман и меценат, заговорил мягким, бархатным баритоном:
— Мистер Кларк, я введу вас в курс дела. Жертву звали Жаклин. Жаклин Бартелло. Жена моего друга Бенжамина Бартелло… Я очень хорошо знал эту семью… Они были идеальной парой. Они очень любили друг друга. Они были созданы друг для друга. Бенжамин — преуспевающий банкир, финансист, владелец заводов, газет, пароходов. Красивый, смелый, гордый. Сильный, как настоящий мачо. Лежа на спине в одних трусах, он может выжать от груди штангу весом в 150 килограммов… Его жена Жаклин. В недавнем прошлом топ-модель; спортсменка; веселушка-хохотушка; красива, как богиня; высока, как баскетболистка; стройна, как лань; грациозна, как пантера; трудолюбива, как пчела; умна как Мария Кюри…
— Сколько им лет?
— Бенжамину 40, Жаклин было 30. Возраст расцвета мужчин и женщин…
— Спасибо, мистер Кремантини, давайте теперь я выслушаю детектива Пубенса… — сказал Бобби Кларк и обратился к детективу. — Мистер Пубенс, что вам удалось выяснить по этому делу?
Детектив Ван Пубенс выглядел, как настоящий детектив: средний рост, средний вес, средне-привычные черты лица. Даже под черными очками угадывался зоркий взгляд, а в черепной коробке находился умный мозг. Докладывал детектив на память, без эмоций, четко по-армейски:
— Двенадцатого сентября в шесть часов вечера Бенжамин Бартелло приехал в центральный комиссариат полиции Амстердама и сделал явку с повинной. Он признался, что одиннадцатого сентября утром в своем доме задушил свою жену Жаклин. Приехавшая к нему домой наша полицейская бригада обнаружила труп Жаклин Бартелло на полу в будуаре.
— То есть, труп женщины лежал на полу в гостиной для неофициальных приемов? — уточнил Бобби Кларк.
— Да, в гостиной для неофициальных приемов, — кивнул детектив. — По заключению судебно-медицинской экспертизы смерть женщины наступила одиннадцатого сентября между 8 и 11 часами утра.
— Жертва сопротивлялась?
— Следов сопротивления эксперты не обнаружили, — ответил детектив Пубенс. — А вот в ванной комнате мы обнаружили домашнего позитронного робота, почти полностью растворенного в смеси азотной и серной кислоты.
— Смесь азотной и серной кислот называют царской водкой. Робот лежал в ванне наполненной царской водкой? — изумился Бобби Кларк.
— Именно так. Только уже не робот, а его останки в виде титанового остова с несколькими не растворившимися пластиковыми деталями и изоляцией. На наш вопрос, заданный мистеру Бартелло, почему его домашний робот-прислуга оказался в ванне с кислотой, мистер Бартелло ответа не дал, впрочем, как и на другие наши вопросы.
— На все вопросы Бенжамин отвечает только: «Это я убил Жаклин и готов понести заслуженное наказание.» — добавил адвокат.
— Интересно… И какова же ваша версия, детектив, почему домашний робот-прислуга оказался в ванне с кислотой? — спросил коллегу детектив Кларк.
— Моя версия такова. Сразу после убийства мистер Бартелло не думал делать явку с повинной. Напомню, что убил он жену 11 сентября утром, а пришел в полицию с признанием только 12 сентября вечером. По-видимому, домашний робот оказался свидетелем преступления, и Бартелло решил избавиться от свидетеля. Для этого ему было необходимо уничтожить карту памяти робота или весь блок памяти, и он решил дома тихо и незаметно растворить робота в ванне с кислотой. Хотя полностью растворить робота не удалось, главная цель была достигнута — блок памяти оказался уничтожен. Ну, а позже Бартелло охватило раскаяние в убийстве жены, и он делает явку с повинной…
— Логично… — согласился Бобби Кларк. — Хотя, если Бартелло первоначально не собирался делать явку с повинной, в первую очередь он должен был избавиться от трупа или делать это одновременно с ликвидацией свидетеля.
— Конечно, мистер Кларк. В этом деле много странного, — детектив Пубенс сильно нахмурил лоб и поправил черные очки.
— Извините, джентльмены, — в разговор вступил адвокат Антонио Кремантини. — Я не могу молчать. Я давно знаю Бенжамина Бартелло.
Он не мог просто так взять и убить Жаклин… Да, он был потомок мавров. Да, моментами он бывал крут, не сдержан, мог вспылить, как спичка. Иногда в моменты гнева у него наливались кровью глаза, и даже шла пена изо рта, но это бывало крайне редко и только по делам на работе. Кстати, этим подло пользовалась желтая пресса, описывая такие редкие эксцессы Бенжамина, как нечто чуть ли не постоянные… Бенжамин и Жаклин мирно и счастливо жили в браке уже восемь лет. Восемь счастливых лет без единого скандала! Почитайте многочисленные интервью, которые давала Жаклин…
— Детей у них не было? — спросил Бобби Кларк.
— Увы, но я знаю точно, что в их планах было усыновление ребенка…
— Извините, мистер Кремантини, но я должен рассказать мистеру Кларку кое-что ещё. Дело в том, что в день убийства 11 сентября рано утром Бенжамин Бартелло вернулся из командировки с Всемирного экономического форума, который проходил в Давосе с 1 сентября по 10 сентября.
— Так, так… Это интересно… Значит, все случилось после командировки, — Бобби Кларк достал пачку сигарет.
— Почти. Прилетев утренним рейсом из Давоса в Лондон, Бартелло сразу поехал в свой центральный офис в Сити. По дороге он сделал телефонный звонок жене… Мы уже ознакомились со всеми разговорами, которые вел Бартелло после прилета… Вот аудиозапись его разговора с женой… — детектив включил свой диктофон:
Голос мужчины — Золотая рыбка, привет, привет, привет! Я уже прилетел…
Голос женщины — Здравствуй, мой Золотой мачо! Приезжай быстрее, иначе я помру от ожидания…
Голос мужчины — Золотая рыбка, я должен заглянуть сначала в офис. Буквально на один часик…
Голос женщины — У… у… противный. Я так соскучилась…
Голос мужчины — Я тоже, но есть очень срочные дела… Золотая рыбка, ты приготовила мои любимые чибрики, жареные на тыквенном масле?
Голос женщины — Конечно, мой Золотой мачо. Твои любимые чибрики на тыквенном масле ждут тебя.
Голос мужчины — Все свободное время в Давосе я думал только о тебе и о чибриках… Вы и снились мне там по очереди: одну ночь снилась ты в полный рост, другую ночь — огромная тарелка, полная чибриков…
Голос женщины — Сейчас тарелка чибриков жаренных на тыквенном масле ждет тебя наяву… Как жду и я в полный рост…
Голос мужчины — У… у… у… Сглатываю слюну и сгораю от нетерпения… моя Золотая рыбка…
Голос женщины — Так приезжай скорее, мой Золотой мачо…
Голос мужчины — Люблю тебя…
Голос женщины — А люблю тебя сильнее, чем ты меня…
Голос мужчины — Нет, это я люблю тебя сильнее, чем ты меня...
Голос женщины — Заканчивай дела и приезжай скорее, будем меряться любовью…
Голос мужчины — Целую, Золотая рыбка…
Голом женщины — Я тебя тоже, Золотой мачо…
— Изумительный диалог! — воскликнул адвокат. — Полный мир и согласие. Идеальная пара… Зная, что случилось позже, скупая мужская слеза наворачивается на глаза…
— Чибрики на тыквенном масле это какой-то кулинарный изыск? — спросил Бобби Кларк.
— Да, блюдо на большого любителя, — ответил детектив Пубенс. — Я не без труда нашел его в интернете. Это шарики из кислого дрожжевого теста жареные в масле…
— Для настоящего гурмана… Но о вкусах не спорят, — заметил Бобби Кларк и вдруг хлопнул себя по ляжке. — Джентльмены, а что если дело было именно в чибриках? Может Жаклин пожарила чибрики на протухшем, прогорклом тыквенном масле? От съеденного у мачо началась изжога, отрыжка, вздутие живота и отхождение газов…
— И горячий мавр вспылил и задушил её за это? — спросил детектив Пубенс. — Красивая версия, красивая…
— Я допускаю, что во время вспышки гнева Бенжамин мог за плохо приготовленное блюдо слегка придушить Жаклин, но не задушить ее насмерть… Слегка придушить мог, задушить насмерть нет… — адвокат и давний друг Бенжамина Бартелло отрицательно покачал головой. — Они были идеальной парой…
— Пожалуй, плохо приготовленные чибрики, как мотив преступления, действительно слишком круто даже для мавра, — согласился Бобби Кларк. — У вас есть по делу что-нибудь ещё, детектив?
— Да. Несмотря на явку с повинной, это дело показалось мне очень странным, и я решил опросить соседей семьи Бартелло. И тут меня ожидала удача. Одна соседка, некая семидесятивосьмилетняя мисс Парпл, оказалась с явной тягой к подсматриванию, подслушиванию и вынюхиванию. Она с радостью сообщила мне, что в этом году к семейству Бартелло зачастил некий молодой человек. Последний раз он был в их доме 10 сентября. Приехал как обычно на своем старом электромобиле марки «Тесла» DG, фисташкового цвета с государственным номером 574 TRE 77.
— Старушка даже госномер запомнила, — отметил Бобби Кларк. — Побольше бы нам таких добровольных глазастых, ушастых помощников-пенсионеров, мы бы преступникам быстро головы свернули. Они бы у нас волком взвыли…
— Старушка сказала, что время сейчас сложное, неспокойное, не то, что раньше. За всеми глаз да глаз нужен, особенно за молодежью. Поганая нынче молодежь: носят кольца в ноздрях, даже днем при свете занимаются сексом…
— И кто оказался молодым человеком, побывавшим в доме накануне возвращения из командировки мистера Бартелло? — спросил Бобби Кларк.
— Его зовут Николас Сейдж. Ему 28 лет. Он работает инженером-программистом-робототехником в компании «Робот Патрик». Занимается техническим обслуживанием роботов, которые были приобретены у этой компании.
— И робот семейства Бартелло был куплен у этой фирмы? — предположил лейтенант Кларк.
— Так точно… Так вот, в компании мне дали распечатку посещений Сейджом робота семьи Бартелло… Он занимался ремонтом этого робота 16 марта, 14 апреля, 16 мая, 31 августа и 10 сентября.
— Но почему так часто? У меня тоже дома есть позитронный робот-прислуга. Его приезжают осматривать максимум один раз в год, — удивился Бобби Кларк.
— Мы, конечно же, разыскали и опросили Николаса Сейджа. Он объяснил, что обнаружил у робота, принадлежащего семейству Бартелло, несколько дефектов в системе охлаждения главного компьютера, и полностью устранить их одномоментно не удавалось. Ещё Николас Сейдж подтвердил, что последний раз был в доме Бартелло 10 сентября. Он снова протестировал робота и убедился, что с системой охлаждения всё в порядке. Робот был полностью исправен.
— Странное стечение обстоятельств, — заметил Бобби Клрак. — Ну, а что он из себя представляет этот мистер Сейдж?
— Начальник отдела, где трудится Сейдж, сказал, что молодой человек очень сообразительный, педантичный, специалист отличный, но завистлив, обидчив, злопамятен и часто конфликтует в коллективе… Лет ему 26, не женат, чисто внешне он не красавец, но и не питекантроп, к уголовной ответственности не привлекался.
— А ведь с его появлением в деле начинает просматриваться классический любовный треугольник, — Бобби Кларк снова хлопнул себя по ляжке.
— Очень похоже, — согласился голландский детектив — Любовник и жена, а муж в командировке, и развязка почти сразу после командировки…
— Джентльмены, я категорически не согласен! — воскликнул адвокат. — Напомню вам, что Жаклин в недавнем прошлом была топ-модель. И вдруг она изменяет с каким-то рядовым служащим?.. Исключено. Да, стоило ей захотеть изменить мужу, к ней бы уже через полчаса стояла очередь из голливудских мужчин оскароносцев, молодых венценосцев и морских пехотинцев… Но главное, Жаклин и Бенжамин были идеальной парой…
— И все-таки, ситуация напоминает классический любовный треугольник с командировкой мужа… — сказал голландский детектив. — Если мы отклоняем Николоса Пейджа, тогда в треугольнике кроме Жаклин и её мужа был кто-то третий, кого мы не знаем.
— Стоп! А если это был не классический любовный треугольник, а искусственно созданный? — предположил детектив Кларк.
— В каком смысле?
— Действие могло разворачиваться так. Молодой человек приходит на плановый осмотр робота-прислуги, видит красавицу хозяйку дома и сильно влюбляется в неё. Тогда он под видом ремонта зачастил в надежде завязать знакомство поближе, но получает полный отлуп… Мы знаем, что он амбициозен, злопамятен, обидчив и очень сообразительный. Голова работает хорошо, и вскоре у него рождается изощренный план мести отвергнувшей его красавице и её мужу-супермену. Из желтой прессы он узнает о крутом характере Бенжамина Бартелло, а позже из новостей узнает о форуме в Давосе, куда наверняка должен будет поехать банкир-финансист Бартелло. План мести у молодого человека уже готов и не только план… Он же отличный инженер-программист-робототехник…
— И какой искусственный любовный треугольник создал молодой человек, чтобы отомстить? — спросил адвокат Антонио Кремантини.
Вопрос: Какой искусственный треугольник создал молодой человек Николас Сейдж, и какую версию преступления предложил Бобби Кларк?
Ответ:
— Николас Сейдж создал любовный треугольник: Бенжамин Бартелло, его жена Жаклин и робот. Молодой человек написал специальную компьютерную программу для робота, чтобы робот стал оказывать знаки внимания, говорить разные комплименты, заигрывать с Жаклин. Возможно, по этой программе робот попросил Жаклин погладить его по голове, поцеловать его в щеку, подарить ему какую-нибудь вещь, подписать открытку или что-нибудь ещё… — начал объяснять Бобби Кларк.
— И эту программу молодой человек установил в роботе 31 августа, когда Бенжамин уехал или уже собирался уезжать в командировку? — спросил голландский детектив.
— Да, а накануне его возвращения из командировки 10 сентября, под видом очередного ремонта робота, Сейдж пришел снова, переписал из карты памяти робота все произошедшие сцены заигрывания робота с Жаклин и оставил их вернувшемуся из командировки Бенжамину на флешке, наверняка сопроводив флешку ещё и анонимной запиской об измене жены, — ответил Бобби Кларк.
— Программист действовал, как злобный интриган Яго из бессмертной трагедии Вильяма Шекспира! — в сердцах воскликнул адвокат и хлопнул себя по ляжке.
— Именно так, — подтвердил Бобби Кларк.
— Бедняжка Жаклин. Она, конечно же, не воспринимала такое поведение робота серьезно. Скорее считала это шуткой, по-видимому, невольно поддержала, как ей казалось, забавную игру, и угодила в страшную ловушку, изощренную западню, дьявольский капкан, — адвокат сокрушенно покачал головой. — С другой стороны, робот же не мог по-настоящему… У робота просто отсутствует… Как бы это сказать поделикатнее… У робота же отсутствует необходимый для адюльтера инструмент…
— Вспыльчивый и крутой мавр Бенжамин Бартелло не стал вникать в технические аспекты измены: как и чем… Развязка была короткой: жену он удушил своими руками, а железного робота-любовника затолкал в ванну с кислотой. Так сказать, всем сестрам по серьгам, — Бобби Кларк достал сигарету из пачки.
— Понятно, почему Бенжамин сейчас замкнулся. Срам-то, какой. Он думает, что жена предпочла его — мачо и супермена, какому-то роботу прислуге, фактически куску железа… — заключил адвокат.
— Это все холерический темперамент и гены DRD4 и DRD5, — объяснил детектив Кларк, прикурил сигарету и пустил дым колечками. — Очень рекомендую, джентльмены, прочитать статью нобелевского лауреата Макса Франка в журнале «Scientific American».
